Для того чтобы лучше разобраться в теме и понять, как именно работает этот массовый психоз, я обратилась к своей давней приятельнице и наставнице, жене нашего Плевакина – Тамаре Тимофеевне, ни много ни мало профессору психологии.
– Ну, Леночка, это же давно известно, – делилась она, расставляя на столе чашки с ароматным чаем и вазочки с вареньем. – Все эти задания построены на методиках из поп-психологии и различных эзотерических концепций. Все это можно найти в других источниках и собрать в кучку в результате обычной компиляции.
Для этого, правда, нужно обладать критическим мышлением и уметь работать с этими самыми источниками. А уверения Плиновской, что дело не только в психологии, но и в ней лично, поскольку она обладает какими-то сверхспособностями, – от лукавого.
– Но люди же верят.
– Леночка, люди так устроены, что они всегда охотно верят в то, во что хотят верить. Но только те люди, которые легко внушаемы. К примеру, я совершенно убеждена, что все эти марафоны желаний не оказали бы никакого воздействия на тебя.
А вот твоя Натка легко могла бы попасть в их сети. И заметь, это не означает, что ты умная, а она глупая. Нет, просто у вас по-разному устроена психика. Только и всего. Ты посмотри сама, на чем эти марафоны основаны. Во-первых, на принципах астрологии. Я смотрела, все они обязательно начинаются в первые лунные сутки, поскольку, по заверениям авторов, менять свою жизнь надо только с началом нового лунного цикла.
Я засмеялась, потому что была убеждена, что менять свою жизнь нужно с того момента, как ты понял, что она тебя не устраивает, а луна тут совершенно ни при чем.
– Да-да, и под этим соусом люди сами, заметь, совершенно добровольно переводят авторам марафона деньги, потому что в определенный лунный день это способствует исполнению их желания. Вот скажи мне, у тебя есть желание?
Я вдруг представила, что между мной и Виталием больше не стоит его ужасный поступок, его обман и предательство. Как бы мы были сейчас счастливы, ожидая ребенка, которого он так хотел. На глаза у меня невольно навернулись слезы.
Я отвернулась, чтобы Тамара Тимофеевна ничего не заметила.
– Теперь представь, что ты дала мне тысячу рублей и твое желание завтра исполнится, – продолжала моя мудрая собеседница, разумеется, обратившая внимание на мое состояние, но сделавшая вид, что ничего не происходит.
– Я могу перевести хоть десять тысяч рублей, но ничего не изменится, – улыбнувшись, возразила я, загоняя непролитые слезы обратно."
"– Вот именно, девочка моя.
