Они же не только производством занимались, но и торговлей, а их крупные поставщики кинули, вот они и разорились. Ничего не осталось, кроме оборудования.
Получив информацию, Кира взяла время подумать и уже назавтра перезвонила Миле с новым дерзким планом, на первый взгляд казавшимся совершенно безумным. Она предложила ошарашенной владелице магазина выкупить у обанкротившегося ИП оставшееся оборудование и сырье с рецептом, взять в аренду помещение и начать производить знаменитый крем самостоятельно.
– А на какие деньги? – спросила ошарашенная Мила.
– Ну, ты же заработала на продаже Fortune, а до этого вовсе считала эти деньги потерянными. Полученной выручки тебе вполне хватит, чтобы выкупить миксеры, смесители, ванны, контейнеры, весы и прочую лабуду. Только проведем ребрендинг. Создадим новую фирму, которая будет принадлежать нам двоим, тебе и мне. Назовем ее «Ми-Ки-Бьюти». Ты выкупаешь сырье и оборудование, я нахожу помещение в аренду и разрабатываю новую упаковку. Ну, и продвижение, конечно, на мне.
Прибыль делим пополам. Идет?
Теперь Мила взяла немного времени подумать, после чего сказала, что идет. По большому счету, она действительно ничего не теряла, а таланты новой знакомой произвели на нее достаточно глубокое впечатление. Кира же, получив согласие своей компаньонки, встала перед непростой задачей. Ей нужно было найти деньги на выполнение своей части договора, а взять их было совершенно негде. Немного подумав, она позвонила Николаю Непряхину.
* * *Настроение у Александры Кузнецовой было отличное.
Жизнь разворачивалась именно так, как она и хотела. Остались позади летняя сессия и первый курс института, снята студия в стиле лофт, в которой Саша хозяйничает единолично, без всякой оглядки на маму, есть Фома Горохов, из друга и молодого человека превратившийся практически в гражданского мужа, имеется обожаемая работа, приносящая весьма приличный доход, развивается блог, число подписчиков в котором перевалило за сто тысяч, и крепнет ощущение, что жизнь прекрасна и удивительна.
Буйное чувство радости, с которым Саша просыпалась по утрам, сохранялось целый день, и умерить его могли только периодические мамины нотации. Правда, надо было признать, что в последнее время их стало гораздо меньше.
Во-первых, воспитательный процесс раньше частенько осуществлялся по утрам, когда мать и дочь встречались на кухне за завтраком. Сейчас совместных завтраков нет, так что контроль за жизнью Александры ослаб.
