Благодаря ей история про «РАЙ-ОН», жильцы которого победили мафиозное правление, сумели снизить коммунальные платежи и в прямом смысле слова взяли власть в свои руки, облетела Москву.
Ею заинтересовались сразу несколько официальных СМИ и популярных телеграм-каналов, которые вышли на Натку с просьбой об интервью. Она снова и снова рассказывала историю их борьбы с Клюшкиными, в которой жильцы победили, а два брата-акробата проиграли с треском. Информация расходилась волнами. Опубликованная в крупных «тележках», она репостилась и вирусилась, и в это теперь не нужно было вкладывать ни копейки.
Интервью с Наткой вышло на сайте сетевого СМИ «Москва меняется», и она то и дело открывала его, чтобы лишний раз посмотреть на свою фотографию, которая ей очень нравилась. Натка на ней выглядела серьезной деловой дамой, сидящей за рабочим столом в офисе правления.
В результате всей этой кипучей деятельности старые арендаторы передумали съезжать, новые потянулись в «РАЙ-ОН» косяком. Виновник всех приключившихся с Костей Таганцевым неприятностей – владелец и директор фирмы-девелопера, которой и принадлежали нежилые площади, лично позвонил Натке, договорился о встрече, а потом и приехал в «РАЙ-ОН», чтобы лично извиниться и сказать спасибо.
Звали его Андрей Занозин, и хотя ничего противоправного с точки зрения Уголовного кодекса он не совершал, Натка относилась к нему с неприязнью. Не только из-за Кости, но и из-за того, что, по большому счету, именно из-за Занозина и его дел ее сестра Лена поссорилась с Виталием Мироновым и теперь была глубоко несчастна.
В несчастье сестры Натка не сомневалась. Она теперь нечасто видела Лену, потому что сестры переехали из «РАЙ-ОНа», уже не жили в одном доме и обе работали. Конечно, так было и раньше, но почему-то именно сейчас их жизненные графики не совпадали так сильно, что встретиться у Лены с Наткой никак не получалось.
Разумеется, они каждый день разговаривали по телефону, и из этих бесед Натка выносила твердое убеждение, что Лена осознанно прячется от младшей сестры.
Не хочет, чтобы та видела ее в раздавленном состоянии. Лена страдала из-за ссоры с Виталием, но такой уж у судьи Кузнецовой был характер, что пойти против своих убеждений она не могла. А значит, у Миронова нет ни малейшего шанса на прощение. И виноват в этом, собственно, Занозин.
– Наталья Сергеевна, – заговорил бизнесмен, собственной персоной явившись в ее кабинет, – я хочу объявить перемирие.
