– Да, а помимо него в этом зале присутствуют лорд Бейлон, лорд Майнор и лорд Тайрис… – Тристан замер, глядя на ближайший к кровати диван. – А вот и он собственной персоной.
Рэндалл проследил за его взглядом и увидел тощего долговязого мужчину с волосатой грудью, который предавался утехам со зрелой дамой.
– Это правая рука верховного служителя божьего дома? – в ужасе прошептал Рэндалл.
– Ага. Очень… проворная рука оказалась, – скривившись, процедил Тристан, и Рэндалл согнулся пополам от тошноты, заметив, где находится ладонь лорда Тайриса.
– С тебя точно хватит. Пойдем. – Тристан развернул Рэндалла к двери и повел на выход.
Через несколько минут они выбрались на пустую улицу и сели на лавку. Тристан неведомо откуда достал фляжку с вином и протянул Рэндаллу. Тот сделал несколько глотков и откинул голову на спинку. Ночное небо было усеяно мириадами звезд, а прохладный ветерок облегчал тошноту и боль в висках.
– Зачем ты потащил меня в это проклятое место?
– А ты так и не понял, заморыш?
Услышав старое, данное Тристаном прозвище, Рэндалл ощетинился, но брат не обратил внимания и продолжил:
– Высокопоставленные лорды, чистокровные аристократы, служители божьего дома.
Днем они кичатся высоким положением, непогрешимой репутацией и блестящей родословной, а ночами упиваются собственной властью и утопают в мерзости. Вот где грязь, Рэндалл. Вот кто не заслуживает своего положения в обществе, а некоторые из них – даже жизни. Вот кого должны клеймить пятном позора, а не наивного искреннего мальчишку с чистой душой и до скуки правильными взглядами на жизнь.
Казалось, Рэндалл за секунду протрезвел. Он уставился на брата и будто впервые увидел его. Задумчивый взгляд черных, как ночь, глаз был устремлен в небо, губы расслаблены и в кои-то веки не растянуты в нахальной усмешке. Таким спокойным, умиротворенным и даже немного печальным Рэндалл его никогда не видел.
– Ты сам постоянно зовешь меня бастардом и ублюдком, – сказал он с долей обиды.
– Вспомни, я тебя хоть раз оскорблял при посторонних?
Рэндалл задумался. Все их стычки и перепалки проходили либо без свидетелей, либо в кругу семьи. Он покачал головой.
– А знаешь почему? У меня никогда не было цели унизить тебя на людях. – Тристан тяжело вздохнул и прикрыл глаза. – Просто когда привыкаешь слышать обидные слова от близких, оскорбления чужих не сильно задевают. Уж поверь, я по себе знаю.
Рэндалл снова сделал глоток из фляжки.
