После его смерти арена быстро разорилась, потому что сын жестокого рабовладельца оказался ленивым пьяницей, который не смог продолжить дело отца.
Рэндалл не чувствовал сожаления по поводу его смерти.
Отложив письмо с намерением дать ответ завтра, он принялся читать новое.
В этот момент в комнату вошла Аврора. Она встала позади него и обняла за плечи.
– От кого письмо?
Рэндалл поднял голову и посмотрел на нее снизу вверх. Ее коса расплелась, и волосы ниспадали густыми локонами по спине и плечам. Аврора наклонилась и поцеловала его в губы.
– Иди ко мне, – прошептал он и потянул за руку.
Она обогнула кресло и села ему на колени.
Ей было уже двадцать семь, но за прошедшие годы она стала только краше. И с каждым днем он влюблялся в жену все сильнее."
"Рэндалл обнял ее за талию и начал осыпать лицо медленными, нежными поцелуями. Он скользнул губами по линии ее челюсти, проложил влажную дорожку вверх и провел языком по длинному шраму на лице, а потом прижался к виску. Аврора тяжело дышала, зарывшись пальцами ему в волосы.
– Ты так и не ответил, от кого письмо, – срывающимся шепотом произнесла она, когда Рэндалл пробрался ладонью под ее сорочку и начал гладить внутреннюю сторону бедра.
– От Тристана.
– У него все хорошо?
– Лучше не бывает. Ждет нас в гости с наступлением весны.
Аврора отстранилась.
– Есть повод?
Рэндалл загадочно улыбнулся.
– Да, и очень радостный.
Аврора широко улыбнулась, догадавшись обо всем без слов.
– А как прошел твой день? Я слышал, ты выезжала сегодня в город.
– Да, навещала Тину.
– Что говорит повитуха?
– Все хорошо, повитуха уверена, что она благополучно родит здорового малыша. Но Тина очень переживает, ведь между Изану и вторым ребенком прошло немало времени. Вот и боится так, словно это первые роды.
– Закария тоже сам не свой в последние дни. Чем ближе срок родов, тем сильнее нервничает. – Рэндалл вдруг вспомнил, как полгода назад сам едва не поседел, услышав ужасное: «Ваша супруга может умереть», и нахмурился. – Я его понимаю.
Аврора обхватила его лицо ладонями и поцеловала чувственно и нежно, прогоняя страшные картины прошлого.
– Все будет хорошо, обязательно. – Она обняла его, и Рэндалл положил голову на ее мягкую пышную грудь, прислушиваясь к успокаивающему и размеренному биению сердца.
За окном поднялась февральская вьюга, и звездное небо заволокло тучами. Ветер завывал в дымоходной трубе и стучал ставнями в окна, а в камине трещало пламя, жадно пожирающее поленья.
