— А ты не боишься, что я кому-нибудь расскажу?
Он прислонился к стене, воплощение непринужденной элегантности, его глаза не отрывались от моих.
— А ты сделаешь это?
Я задержала его взгляд на мгновение, прежде чем медленно покачать головой. Мои нервы гудели, как провода под напряжением под дождем, рассыпая искры осознания по моему телу.
Два человека. Потайная комната.
Наше присутствие здесь казалось болезненно интимным, как последнее свидание пары несчастных влюбленных или запретный взгляд в чей-то дневник.
Улыбка тронула губы Кая.
— Эта комната — не сокровищница. Здесь нет бесценных артефактов или запасов золота. Но если тебе нужно было тихое место, чтобы писать ...
Искры осознания растаяли в золотистом, медовом тепле.
Я плохо работала в тишине. Мои сомнения и раздумья усиливались в отсутствие компании, отращивая когти и клыки, которые рвали мое творчество на ленточки.
Но жест Кая был таким заботливым, что у меня не хватило духу сказать ему об этом, поэтому я просто улыбнулась, несмотря на расцветающую боль в груди.
— Спасибо. Это... — Я запнулась, не уверенная, как выразить эмоции, захлестнувшие меня. Я не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то делал что-то настолько внимательное для меня, не ожидая ничего взамен. Не тогда, когда дело касалось моего писательства, к которому даже мои друзья иногда относились как к хобби больше, чем к чему-либо другому. — Это потрясающе.
Тепло его внимания оседало у меня на спине, пока я шла по комнате, разглядывая детали, декор и различные названия на полках.
К моему удивлению, они не ограничивались классикой. Там были детские книги, академические тексты, любовные романы и фэнтезийные дверные пробки. Достоевский и Остин сидели рядом с китайскими классиками, такими как «Путешествие на Запад» и «Сон в красной комнате»; Нил Гейман и Джордж Р. Р. Мартин занимали полку под Джуди Блум и Беверли Клири. Эклектичная коллекция охватывала впечатляющий спектр культур, жанров и эпох.
— Нам не хватает эротики о динозаврах, — сказал Кай с абсолютно невозмутимым лицом. — Мне скоро придется исправить эту оплошность. Если у тебя есть какие-либо рекомендации, не стесняйся присылать их мне.
Я бросила на него прищуренный взгляд.
— Тебе нравится подшучивать надо мной, не так ли? — Обвинила я сквозь пузырь подавленного смеха.
Еще одно подобие улыбки, за которым последовал озорной блеск, от которого мой пульс подскочил до небес.
