Виски и затылок парня были пострижены очень коротко, а темно-каштановые волосы на макушке – гораздо длиннее. В них запутались щепки, обрывки водорослей и мелкие ракушки. На утопленнике не было ни одежды, ни каких-либо украшений вроде цепочек и браслетов, татуировок, – вообще ничего.
– Может, его перевернуть? – предложил один из рыбаков."
"– Не стоит, – тут же ответил ему мужчина в одежде докера. – Для полиции лучше все оставить как есть. А то потом хлопот не оберемся.
– Верно! – уверенно подхватила старуха в соломенной шляпе.
– Вдруг его прикончили? Вдруг у него нож из живота торчит? Пусть легавые сами разбираются…
В этот момент утопленник шумно вздохнул и пошевелился.
Толпа испуганно шарахнулась в стороны, а женщина с кругом едва не упала на одного из рыбаков.
Парень медленно перевернулся на спину и приоткрыл глаза, морщась от яркого солнца.
– Живой?!
Люди облегченно выдохнули, лица у всех посветлели. Кто-то заулыбался, кто-то нервно рассмеялся, а кто-то – громко выругался. Максиму показалось, что это была старуха в соломенной шляпе.
Голый парень медленно сел, согнув ноги в коленях. Щурясь, оглядел собравшихся, затем с невозмутимым видом начал снимать с себя налипшие обрывки водорослей.
Он действительно был молод, лет восемнадцати, не больше. Ровесник Максима. Красивый, женщины и девушки сразу залюбовались его зелеными глазами и спортивным телосложением. Некоторые даже вытащили сотовые телефоны и принялись снимать его, нисколько не смущаясь наготы несостоявшегося утопленника. Да он и сам, казалось, нисколько этого не стеснялся.
Парень осторожно поднялся на ноги, будто проверяя, может ли он стоять. Затем аккуратно потянулся, разминая затекшие мышцы.
Максиму вдруг показалось, что синяков у него на спине будто стало меньше.
Тем временем странный парень медленно поднял руку и ощупал крупную шишку у себя на затылке. Едва коснувшись ее, он вздрогнул и зашипел от боли. Потом недоуменно огляделся по сторонам.
– Где я? – хрипло спросил он.
Старушка в соломенной шляпе с желтым бантом, растолкав толпу, вышла вперед и смерила его недовольным взглядом.
– Прикрылся бы хоть, морда бесстыжая! – злобно фыркнула она, скрестив руки на груди. – Вы, молодежь, уже последние остатки совести растеряли!
– Верно, – тихо сказал парень и закашлялся, прочищая пересохшее горло. – Прикрыться стоит… Солнце так и палит…
Он легким движением снял со старухи шляпу, нахлобучил ее себе на голову и неторопливо зашагал прочь. Толпа перед ним опасливо расступилась.
