Если бы тело не извлекли, никто бы так не поступил.
– Тогда почему старуха назвала его фамилию? – недоумевала Лера. – Она будто считает, что, если кто и мог вломиться в ее особняк, так только Тюменцев…
В катере установилась тишина. Все задумались о Тюменцеве.
Добравшись до лодочного сарая, Светка загнала в него катер, и Дэн помог ей привязать его цепью к старому, слегка покосившемуся помосту.
– Теперь нужно ключи Тимуру отдать, – сказала Светка, замкнув концы цепочки на висячий замок. – Сходите со мной? А потом в пансионат.
– А где он сейчас? – полюбопытствовала Лера. – На заправке?
– Да, тут недалеко, от пляжа всего минут десять пешком.
– Пойдем, – согласился Максим. – Но скажите наконец, что из себя представляет этот судовой журнал?"
"– Обычная записная книжка, – фыркнул Дэн. – Только очень старая.
– Обычная? Я бы так не сказала, – осторожно заметила Лера. Она взяла из рук Дэна и показала книгу в кожаном переплете. – Взгляните.
Девушка размотала шнурок, перетягивающий журнал, и аккуратно открыла обложку.
Надпись на титульном листе книги гласила: «Судовой журнал судна «Арканум», начат в декабре 1865 года капитаном Федором Тимофеевичем Апраксиным».
– Это что, записи капитана «Арканума»?! – изумленно вскинул брови Максим. – Того древнего корабля?! Откуда они у старухи?
– Хотел бы я это знать, – ответил Дэн. – Но нам нужно поскорее отдать книгу Бестужеву, и тогда он расскажет правду.
Лера хотела положить журнал к себе в сумочку, но он оказался гораздо крупнее дневника девушки из семейства Аршакуни и в сумку не входил.
Тогда Дэн стащил с себя футболку, завернул судовой журнал в нее и понес его в руке.
Они вышли с пляжа и направились к ближайшей автозаправочной станции. К этому времени окончательно стемнело, вдоль дороги горели уличные фонари. Движение машин стало безостановочным, казалось, жизнь в Новом Ингершаме с наступлением темноты не замирала, а, напротив, становилась еще интенсивнее. Вскоре компания добралась до нужного места. К заправке примыкало небольшое кафе-стекляшка.
Сквозь прозрачные стены Лера увидела Костю Комиссарова и его приятеля Андрея Серегина.
– Вот так встреча, – недовольно пробормотала она.
– Надо же! – воскликнула Светка. – А я слышала, что мамаша Комиссарова посадила его под домашний арест.
– Если снова к нам сунется, я его по асфальту размажу, – сурово пообещал Максим.
По другую сторону от ряда заправочных колонок виднелась большая автомастерская с такими же стеклянными стенами, как у кафе.
