– И на тебе в считаные минуты заживают синяки и ссадины, – вспомнила Лера. – Кто же ты на самом деле?
Дэн пожал загорелыми плечами:
– Парень, которому не на что купить себе сланцы. Так откуда он у тебя?
– Ты о чем?
– О твоем ожоге. Теперь понятно, почему ты так долго надевала купальник.
– Ужасно, да? – грустно вздохнула Лера. – Я не хотела, чтобы его кто-нибудь увидел. Тем более ты…
– Я? А что, я какой-то особенный?
Лера ощутила, что теперь горят не только щеки, но и уши.
– Нет, просто… – пробормотала она.
– Не знаю… Просто мне жаль, что ты увидел, и все! Я давно к нему привыкла, но другие люди иногда так на меня смотрят… Одни – как на неведомое чудовище. Другие – с жалостью. Это очень неприятно.
– Мое отношение к тебе нисколько не изменилось, – сообщил Дэн. – Так что можешь меня не стесняться. Ты добрая и всегда готова прийти на помощь. Может, это из-за ожога?"
"– Думаешь, я хороший человек только из-за него?
– Просто ты знаешь, как это – отличаться от других. Поэтому ты гораздо терпимее, чем некоторые люди.
Кто бы еще стал возиться с недоумком, которому отшибло память?
– Но ты вовсе не недоумок! – возразила Лера. – И я рада помочь.
– Из-за того, что я симпатяга? – ухмыльнулся Дэн. В белой панамке он выглядел очень смешно.
– Что?! – со смехом воскликнула Лера.
– И поэтому при нашей первой встрече твоя подружка связала мне руки и ноги скотчем, а затем вы двое пялились на меня, как две гиены?
Лера рассмеялась еще громче. Вскоре они уже хохотали вместе.
Лере это было очень кстати – теперь она могла делать вид, что раскраснелась от смеха.
– Так как же это произошло? – спросил Дэн, когда они немного успокоились. – Я о твоем ожоге.
– Пожар, – сказала Лера, приложив ладони к раскрасневшимся щекам. – В нашем доме шел ремонт, и всех жильцов временно переселили в старую гостиницу. В первую же ночь по чьей-то неосторожности она загорелась. Кто-то из соседей вынес из огня Максима, а мама – меня. Балки уже начали рушиться… но мы успели, никто не погиб.
Правда, ожоги остались… У мамы тоже ожог, но на руке, она прячет его под длинными рукавами.
– Жесть, – только и смог произнести Дэн. – Очень больно было?
– Я же совсем маленькой была, поэтому ничего не помню. Как видишь, иногда лучше не помнить прошлое.
– А приятные моменты? – возразил Дэн. – Вдруг они были в моей жизни, а я их не помню.
– Вспомнишь еще, – сказала Лера. – Кстати, как твоя память? Никаких проблесков?
– Вообще ничего.
