Вскоре до Витьки донесся шум удаляющегося автомобиля. Только тут он дал волю своего гневу, ругая их последними словами. Потом попытался ползти.
– Помогите! – завопил Витька, силясь взобраться на каменистую насыпь. – Спасите! Кто-нибудь!
Но кто бы его здесь услышал? Абрамов находился за пределами города, только море шумело в темноте где-то неподалеку. Разбитые ноги не слушались, он полз, упираясь в гравий локтями, цепляясь руками за камни и высокую траву."
"Витька уже почти выбрался на дорогу, когда булыжник вдруг выскользнул из-под его пальцев.
Абрамов, громко воя от боли, снова скатился вниз, едва не ударившись головой о бетонный выступ коллектора.
– Твари! – завопил он. – Уроды! Ну погодите… Вот только оклемаюсь… Уж я вернусь, будьте уверены. Я вам такое устрою… Не обрадуетесь!
В канализационном коллекторе что-то шевельнулось.
Витька, лежавший лицом к ржавой решетке, сначала решил, что ему почудилось. Глубоко внизу шумела вода, но коллектор явно был заполнен не полностью. Потому он и услышал короткий всплеск, словно кто-то шагнул там, стоя по колено в воде.
Витька умолк и напряженно прислушался. Плеск повторился.
– Кто там? – изумленно спросил Абрамов.
Никакого ответа он не получил. Естественно! Видимо, лягушки прыгают – скользкие твари обожают плескаться в прохладной канализации.
Витька выругался и начал медленно отползать от решетки, решив предпринять еще одну попытку подняться наверх. Внезапно внутри коллектора из темноты возникла фигура, ростом превышающая человека.
В лицо Витьке пахнуло неимоверным зловонием, затхлостью старого погреба. Он отшатнулся и громко завопил.
Витька Абрамов продолжал вопить, когда из подземного канала высунулись две черные руки, схватили его за плечи, впившись острыми когтями в мышцы, и резко рванули на себя. Не в силах сопротивляться, уже исчезая в окне старого коллектора, Витька вдруг понял, что везение в его жизни закончилось.
Глава тридцать первая
Простор для фантазии
Во сне Лера стояла на высокой скале, у подножия которой бушевали яростные волны.
В темном небе над ее головой клубились огромные черные тучи, то и дело полыхали молнии. Волосы девушки развевались на ветру, в лицо летели соленые морские брызги.
С двух сторон от нее возвышались огромные каменные чудовища с уродливыми мордами, густо оплетенные лианами с узорчатыми листьями, а из кромешной тьмы позади красные вспышки изредка выхватывали очертания древнего величественного храма.
