Родс захватил его обширные владения, которые еще при его жизни официально назвали в ознаменование его заслуг перед империей Родезией – Северной и Южной. Эти названия не одно десятилетие оставались на карте, пока их не смахнул вихрь Истории.
Теперь английские колонии непосредственно граничили с юга с двумя государствами буров. С севера, впрочем, тоже. И с востока, и с запада. Исторический опыт показывает: соседство с англичанами никого не доводило до добра. А уж полное окружение англичанами…
Бурам оставалось еще шесть лет спокойной, мирной жизни…
Да, я запамятовал уточнить: буры, осев в тех местах, основали не две республики, а три.
Вот только третью, Наталь, всего через семь лет после ее создания, в 1845 г., захватили англичане, и независимости жившие там буры лишились навсегда.
Еще немного о британских пулеметах в Африке. Очень многие считают, что Омдурман – первое их применение, а бойня на реке Шангани – второе. Я и сам так думал до недавнего времени, пока не наткнулся на более точный английский источник.
Так вот, в промежутке между этими двумя бойнями по Западной Африке, подобно будущим махновским «батькам», гулял другой англичанин по имени Джордж Голди, еще один рьяный строитель империи, по размаху изрядно уступавший Родсу, однако, согласно старинной русской пословице, охулки на руку не клавший. Отряд у него был небольшой, около пятисот человек, зато имелись пулеметы. Пулеметным огнем он и сметал отряды африканских воинов, отчаянно храбрых, но вооруженных лишь копьями и луками.
Чуть позже Киплинг в одном из стихотворений напишет: «Винтовку против лука честной не назвать игрой». Ну а пулемет – тем более…
Это был человек посерьезнее махновцев, с примечательной биографией: происходил из семьи «честных контрабандистов» с острова Мэн, в молодости служил в наемниках, ну а потом подался в строители империи. Голди писал позднее: «Говорят, что первопроходец «всегда гибнет», но я сказал, что в этом случае первопроходец погибнуть не должен, и он не погиб. Я пошел на улицу, побудил людей дать мне миллион для этого начинания.
Я был обязан проследить, чтобы они получили справедливую прибыль. Если бы я не сделал этого, то злоупотребил бы доверием. Моя задача заключалась в борьбе с другими державами за то, чтобы этой территорией владели британцы, и я могу напомнить, что усилия привели к успеху еще до того, как подошел к концу срок… хартии. Я полагаю, вы согласитесь, что я был всецело обязан в первую очередь защитить интересы акционеров».
