А склады ГСМ в другом месте. Значит?..
План был готов. Нападения следовало ожидать в любой момент. Оперативники даже подумывали о том, что на склад до сих пор не напали лишь потому, что диверсанты выбрали себе другую цель, другие склады, по каким-то причинам, на их взгляд, более важным. Буторин и Коган разделились. У каждого при себе был посыльный боец, и оба оперативника наблюдали за подходами к складам с самых высоких точек. Самым уязвимым местом было примыкание городских строений к складам. С противоположной стороны поле и вдали лесок.
Отсюда ждать нападения вряд ли можно. Подполковник Рубин своим устным приказом выделил подвижный резерв из самых опытных бойцов, вооруженных автоматами. Главное было – не забывать, что диверсия может и не выглядеть как массированная атака диверсантов, с прорывом периметра и большой стрельбой. Может появиться и один человек, который проникнет каким-то образом на территорию и заминирует склад с артиллерийскими снарядами.
Буторин с биноклем в руках находился на втором этаже административного здания.
Контрольно-пропускной пункт. Подъезжают машины, проверка документов, досмотр каждой машины. Досмотр не очень качественный, хотя подполковник Рубин должен был предупредить своих бойцов о возможной опасности. Проверяют под сиденьем, в кузове, в инструментальном ящике. Смотрят снизу под раму машины. Даже в бардачок в кабине заглядывают. Как может диверсант спрятать взрывное устройство? Даже и не очень большое. Завернуть в прорезиненный пакет и опустить в бензобак? Нет, пакет должен быть на сто процентов герметичным, а это невозможно.
А вот под капотом машины спрятать можно довольно большой заряд.
– Посыльный! – позвал Буторин. – Быстро к начальнику караула. Приказ – заглядывать под капот каждой машины. Машины на погрузку в склад и близко к складу не подгонять. Расстояние не менее десяти метров от ворот.
– Есть, товарищ майор, – козырнул солдат и бросился прочь из комнаты.
– И машины не ставить прямо перед воротами, сбоку пусть машины на погрузку ставят! – крикнул солдату вслед Буторин.
«Имитирую бурную деятельность, – мысленно проворчал Буторин. Такая работа называется «чего бы еще придумать, чтобы показаться важной птицей». Но, с другой стороны, эти склады очень важные, и диверсия на них будет самой заметной в рамках всего фронта. Уничтожить продовольственный склад? Об этом в течение суток узнают тыловики частей и соединений. И ничего не изменится.
