Вместе с милиционерами прибывшая группа НКВД блокировала в доме на окраине группу людей, которые оказали вооруженное сопротивление. За неделю до этого мы получили циркуляр из Главного управления НКВД за подписью комиссара госбезопасности Платова. Приказывалось незамедлительно сообщать обо всех диверсионных и разведывательно-диверсионных группах, замеченных на подконтрольных территориях. А также о группах немецких военнослужащих, пробирающихся на запад, к линии фронта, либо на север, к морю. По сведениям Платова, «лесные братья» на территории Литвы получили приказ от немцев, в частности от абвера, обеспечить переход разведывательно-диверсионной группы в район Клайпеды.
Очевидно, группа очень важная, как мы поняли, поэтому незамедлительно сообщили о событиях в Свиридовичах. Нам приказали не форсировать события и ждать вашу группу. Вот и все.
– В контакт с диверсантами вступали? – спросил Буторин. – Количество, вооружение, особенности их действий?
– Они отстреливались из стрелкового оружия, – пригладив редкие волосы на темени, задумчиво ответил Званцев.
– Состав примерно семь или восемь человек. Свидетели слышали возгласы и команды на русском языке. Есть еще один момент, который мне показался странным.
– Ладно, не тяни кота за хвост! – недовольно вставил Коган.
– Создалось впечатление, что они захватили не первый попавшийся дом в селе, чтобы занять круговую оборону. Они пробивались к конкретному дому. Думаю, им там что-то было нужно. Возможно, что там склад чего-то им необходимого или какие-то материалы необходимо было забрать.
Одним словом, только предположения.
– Уже хорошо, что такие предположения появились, – сказал Шелестов. – Внимательность к таким мелочам часто дает хороший результат. Значит, так, товарищи, Платов предлагает нам возглавить операцию по обезвреживанию этой разведывательно-диверсионной группы фашистов в нашем тылу. Приказ однозначный – старшего группы брать только живьем.
– Сколько они там уже сидят? – сразу начал задавать вопросы Коган, поднимаясь.
– Кто хозяин дома, где он, его допросили? Членов семьи?
– В доме жили беженцы, так сельский совет распорядился. А хозяин был на фронте, вернулся из госпиталя. К тому времени и беженцы перебрались в райцентр. Борис Якуба его зовут. Месяц назад вернулся из госпиталя. Документы по нашим запросам пока не пришли. Якобы красноармейская книжка сгорела во время боя.
Ночь была лунная, и группа добралась до окруженного дома без осложнений.