Это сильно выбивало из колеи, заставляя постоянно отвлекаться вниманием.
Вершок с Коротком, похоже, таких трудностей не испытывали, но зато стали малость придурковатыми, запинались и врезались во все подряд, и при этом глупо хихикали. Чтоб помочь им собраться, Вася назначил их кашеварить, обозник и впрямь выдал им если и не двойной паек, то с хорошим довеском.
Доверие десятника парочка приняла с воодушевлением, хотя Вася очень скоро о нем пожалел. Для начала Короток чуть было не выплеснул воду из котла в костер.
Потом, когда котел на огонь они с Вершком кое-как установили, стал делать много ненужных движений. К счастью, Вершок сохранил здравомыслия чуток побольше и решительно отодвинул напарника:
— Не лезь к котлу, ты, морока нифрильная. Вон, раскладывай все вот здесь, будешь мне подавать, когда скажу.
Короток кинулся исполнять поручение, но и здесь все портил. Он постоянно перекладывал вещи с места на места, отчего Вершок их постоянно терял:
— Где черпак? Где черпак, я тебя спрашиваю? Только что здесь лежал… Ну, куда с крупой лезешь, мясо еще не положили, — Вершок ругал бестолкового товарища на чем свет стоит.
Наконец, ему пришла мысль как-то упорядочить Коротковую суету:
— Так, вот смотри, здесь на травке, раскладываешь все так, чтобы я видел. Не за моей спиной, и не у себя за пазухой, а вот здесь, на травке. Будь другом, — попросил он, — Разложи все кругом!
Короток, распознавший в его словах рифму, восхитился так, что на мгновение замер, перестав суетиться, а затем, неожиданно для всех остроумно передразнил напарника, чем рассмешил всю десятку:
— Да? Кругом, говорис? Слыс, Версок, а ты будь братом, разлозы все квадратом.
Аким, рассмеявшись, тут же включился в игру:
— Не, лучше будь племянником, разложи шестигранником.
— Будь отцом, разложи кольцом!
— Будь молодцом, расставь все торцом!
Парни еще долго перешучивались и смеялись, а когда сготовилась бурда, которую Вершок гордо окрестил ужином, наелись так, что дышать было трудно. На ночь никто в палатку спать не пошел.
Все так и уснули, развалившись вокруг костровища, и до последнего глядя на догорающие угли."
"Когда вся рота уже спала, наевшись до отвала, зеленый нифрильный огонек изнутри еще освещал атманскую палатку. Прибыло обещанное конное пополнение из гусиного народа и ротный теперь разговаривал с их вожаком, усатым дядькой в замысловатом мундире со множеством кистей и шнурков.
— На этот замок мы нарвались неделю назад. Тогда нас было две сотни отборной конницы.
