– Она повернулась и ушла обратно в комнату Пенни, а я ошеломленно смотрел ей вслед.
Когда это мисс Эллиотт стала силой, с которой приходилось считаться?
Этого я не знал. Но впервые почувствовал благодарность за то, что она была на моей стороне.
17
Ричард
Я ждал на кухне, расхаживая туда-сюда и теребя галстук. Этот чертов галстук, как бы я ни старался, отказывался лежать ровно, как будто я забыл, как правильно завязывать виндзорский узел. Не то чтобы я нервничал. Причины для беспокойства отсутствовали; мы с Кэтрин собирались произнести несколько фраз, подписать бумаги и покончить с формальностями бракосочетания.
Это была очередная ступень моего плана. И только. Это ничего не значило.
Я снова дернул за проклятый галстук. Ну почему его концы никак не улягутся?
– Продолжай тянуть в том же духе, и от ткани ничего не останется, Ричард. Чем тебе насолил этот галстук?
Я испуганно поднял глаза. Кэтрин стояла в дверях и выглядела не менее обеспокоенной, чем я, зато гораздо более красивой.
– Ого!
На ней было простое белоснежное платье, которое облегало осиную талию и взрывалось пышной пеной до колен.
Кружевной топ выставлял напоказ ее стройную шею и руки. Волосы были заколоты сзади и свисали набок каскадом локонов. Цвет ее платья оттенка шампанского подчеркивал цвет лица. Я посмотрел вниз и улыбнулся, увидев ее туфли – маленькие, на крошечном каблучке, они были само совершенство. Я уже привык, что она помещается у меня под мышкой, и не хотел, чтобы она становилась выше.
Я подошел к ней, поднял ее руку и поцеловал.
– Прекрасно выглядишь.
Она опустила глаза и расправила плечи.
– Спасибо.
– Нет. Это тебе спасибо.
– За что?
– С чего ты хочешь, чтобы я начал? Во-первых, за то, что согласилась на этот контракт. За то, что сдержала слово, хотя у тебя было полное право послать меня ко всем чертям. – Я накрутил на палец длинный локон. – За то, что с тобой я стал лучше, – искренне добавил я.
Ее глаза сияли.
– Это самое приятное, что ты мне когда-либо говорил.
– Знаю. – Я поймал ее взгляд. – Буду усерднее стараться.
Она яростно кусала внутреннюю поверхность щеки.
– Эй. Хватит. – Я усмехнулся и погладил ее щеку. – В день нашей свадьбы крови не будет.
Уголки ее губ дернулись в улыбке. Я нагнулся, поднял букет цветов, который приготовил для нее, и протянул ей.
– Это тебе.
– Ричард!
– Я думал, они тебе понравятся, – смущенно произнес я.
Она зарылась носом в маленький букет.
– Я их люблю. – Она нахмурилась.
