Хорошо ведь быть свободным, правда?
Миша подошел к старенькому «Форду», критически оглядел левое заднее колесо, опять слегка просевшее, решил, что до «Прайм-ТВ» это колесо точно доедет, а там разберемся, и сел в машину. Завелся, подождал секунду-другую… И полез в багажник за компрессором. Это же разумно? — спросил он себя. Разумно, кто бы спорил. Главное, чтобы без фанатизма и педантизма.
И, пожалуйста, без этой вот интеллигентской рефлексии, которая тебя накрывает, когда воображаешь, что все могло сложиться иначе.
Да не могло! И хватит страдать фигней.
Он подкачал колесо, проверил давление в остальных — и поехал ловить свою удачу.
Вдруг действительно сегодня повезет и наклюнется серьезное дело, а то надоело все хуже горькой редьки.
Глава 2
ТОЛЬКО ДЛЯ ВАШИХ ГЛАЗ
Сцена 8
«САМОЕ ЦЕННОЕ»
Экст.
Актеры: Дедок (грузин), Дима, Андрей.
Массовка: эмчеэсовцы, жители — 4.
Реквизит: лопата, чемодан, семейные фотографии, коробка из-под конфет.
Военная техника: маш.
МЧС-«таблетка», автоматы — 5.
У Миши было два слабых места. Во-первых, он не любил свое полное имя. Во-вторых, иногда (к счастью, изредка) вспоминал, что с детства мечтал стать военным и если не предал свою мечту, то уж точно профукал все шансы ее осуществить.
С именем было просто. Однажды за рюмкой чая старший товарищ, известный в миру под скромным прозвищем Пиротехник, спросил его — а чего ты, мил друг, по жизни просто Миша? «Миша» — это, допустим, танцор Барышников, который прыгнет выше твоей головы, но все равно поместится у тебя за пазухой.
В Мишу Барышникова — верю. А в Мишу Клименко — ну никак, слишком ты здоровый вымахал.
«Ну сам подумай, — ответил Миша. — Что это за имя — Ми-ха-ил? Фигня какая-то».
Они хлопнули еще чайку, и Пиротехник попытался возразить, но Миша уперся — и ни в какую. Считай, у меня детская травма, сказал он. Правда, не понимаю, в чем она заключается, но травма была наверняка.
У тебя родовая травма, сказал Пиротехник: дурень ты, вот и все.
Миша не стал ему напоминать, что Пиротехник сам с прибабахом и иногда зачем-то косит под еврея. Однажды его зазвали в массовку на фильме «про фашистов» — в перерыве между взрывами. Лицо приглянулось, наверное, такое доброе, широкое, фактурная сытая эсэсовская морда. Обрядили в немецкую форму, повесили на шею автомат. Пиротехник гордо приосанился и ляпнул: таки шо, опять погром?..
