Если раньше он легко бросал своих на час-другой, убегая по делам в город, то с того момента, как группа зашла на территорию лагеря миротворцев, Миша буквально прописался на площадке. По уважительным причинам: тут все время ковырялись с оружием и техникой, и он помогал. Но косил одним глазом на оператора. Проворонил его выкрутасы перед танком и позади гранатомета лишь потому, что оттуда камера развернуться в неположенную сторону не могла никак.
Он был полон решимости торчать на площадке до победного конца.
Кто же знал, что осетинская массовка откажется играть грузинов.
Кто бы мог подумать. Теоретически — Миша и мог. Но танкисты не ругались на то, что их машины ездят с грузинскими флагами, и он ничего не заподозрил.
Танкистам — что за печаль: они в интернациональных задрипанных комбезах да шлемофонах, и морду не видно. А массовке надо одеваться в чужую форму, напяливать натовские каски… Не будем, даже не проси.
Миша сначала оторопел, а потом вспомнил, как в его детстве трудно было уболтать московских детей играть «за фашистов».
Это через сорок с лишним лет после войны. А тут кровавое противостояние тянулось почти двадцать, и настоящая бойня с резней совсем недавно — людей можно понять.
Главное, и нужно-то было двадцать бойцов, а по минимуму — десять.
Четвертая военная база показала себя во всей красе: Замполит отказался давать личный состав наотрез. Нету людей. На полдня? Все равно нету.
Миша бросился в город — авось повезет.
Но сначала поймал администратора и сказал:
— На тебя вся надежда.
Смотри в оба. Это тебе не за клеем ездить. На площадке сейчас под сто пятьдесят человек народу. Ты должен видеть всех.
— Я слежу, — ответил тот просто, и Миша снова ему поверил.
Отчего бы не поверить в человека, которому заказывают сорок кило резинового клея — а он привозит шестьдесят. Будет толк из парня, будет.
* * *На его счастье, в Цхинвале стоял отряд спецназа внутренних войск. Миша вспомнить об этом не успел — он просто несся по центру города, и ему на глаза попались два огромных полковника с вэвэшными петлицами.
Спецура! Ах вы, родные!
— Стоп, Алан! Стоп!
Только встав рядом с полковниками, Миша понял, до чего же те действительно огромные. Уютно с такими людьми.
— Мужики, блин, помогите!
— А ты кто?..
Дальше разговор шел в темпе пулеметной очереди. Полканы, может, и рады были бы почесать языками, но Миша чертовски спешил.
— Блин, ребята! Вот такого знаете?..
— Знаем.
— А такого-то?
— Знаем. А ты сам вот такого знаешь?..
