— На четвертой базе не знают меня, не знают нас, не знают ничего.
— Как же так?! Погоди… Мы же им… Мы же тут… И что же… — полковник явно собирался с мыслями. — Хрен с тобой, у тебя факс есть?
— Факс найдем. А чего надо?
— Давай я тебе сейчас факсом переброшу тот самый приказ Генштаба об оказании вам содействия.
— Есть! — сказал Миша и побежал в КГБ: туда было ближе.
О, счастье! Через полчаса у него на руках была внушительная бумага: копия приказа за подписью министра обороны РФ. Оказать всяческое содействие, неукоснительно обеспечить, выдать в требуемом объеме, широко улыбаться, полюбить, как родных, и так далее.
— Больше проблем быть не должно, — сказал полковник. — И запиши телефон. Это зам командующего войсками СкВО, он уже в курсе, что ты на месте, позвони ему — поможет.
— Спасибо огромное! — от чистого сердца поблагодарил Миша.
Зам командующего по воспитательной работе отозвался сразу. Да-да, сказал он, замечательно, мне уже звонили, я все знаю. А ты можешь подъехать на четвертую базу прямо сегодня? Лучше прямо сейчас.
Понимаешь, момент удобный, у нас тут сам командующий ходит. Я тебя представлю, ты командующему все покажешь-расскажешь, ну и начнем работать.
Неужели все сегодня устаканится? — подумал Миша. Неужели повезло? А то я прямо весь в расстройстве был из-за своей ошибки.
Прихромал Пиротехник и спросил:
— Ага?..
— Вовремя ты — поскакали на четвертую базу. Кажется, есть маза поговорить с командующим и заодно обозначить все, что тебе надо по объемам.
Он выведет нас на службу РАВ — и дело в шляпе.
— Угу! — сказал Пиротехник.
У него болела нога, и он старался лишний раз не раскрывать рта, а то наружу сплошной мат рвался.
— Я сейчас, только парадные шорты надену…
Жара к этому дню уже достигла той фазы, когда она не ужас и не бедствие, а просто факт твоей биографии: так получилось, что ты жил и работал в печке. Ты смирился с этим. Лощина, в которой расположен Цхинвал, нагрелась до точки плавления человеческого мозга, горячий воздух лежал тяжелыми пластами, и деваться ему было некуда — слева холм, справа холм, внизу речка Ляхва, на берегу этой речки стоит город, ветра нет вообще.
Температура воздуха к четырнадцати часам была на открытом солнце где-то, подумать страшно, под шестьдесят.
Жара-то все и испортила.
* * *Четвертая база представляла собой огромный прямоугольник, по периметру которого стояли склады. В центре, как и положено, — плац, за ним — столовая, дальше — казармы.
