Они в Москве с тех пор не виделись — так, перекинулись по телефону парой слов.
К тому моменту разговор свернул на нехарактерную для здешней публики «шпионскую» тему. Может, потому, что компания уже согрелась до состояния «палец покажи — и все ржут», когда самое время для идиотских баек. А ловля иностранных разведчиков часто оборачивается форменным идиотизмом — то своих же поймают, то раздолбают в процессе казенное имущество на такую сумму, что любой диверсант обзавидуется.
У Миши перед глазами встала картинка: солдат с пулеметом, бегущий за «Вектрой», — и он подавил желание нервно отряхнуться.
Общий вывод был: не умеем мы этого, плохо у нас получается. Иногда получается хотя бы смешно, и на том спасибо.
Ага, смешно, подумал Миша. Я лично прямо обхохотался!"
"А замечательный мужик принял стакан, принял другой и заявил:
— А вот не соглашусь. Все мы умеем. Просто если шпиона взяли тихо и ничего по ходу дела не разломали, это не значит, что мы такие хорошие. Это шпион хороший! Сидит на попе ровно, не светится попусту, не палится, и пришли за ним только потому, что раскололи нашу падлу, которая у него была на подсосе.
А если погоня, драка, пальба, и вдруг у тебя в руках целый резидент — это не мы такие плохие, это он лажанулся!
Подождал секунду, посмотрел, как ему кивают, снова налил и сказал:
— В моем личном хит-параде первое место держит американец Лейк. Не слыхали? Он так полюбил Россию, что вместо шпионажа занялся тут алкоголизмом!
Оглядел всех победоносно и удивился: что, правда не слыхали? Ну, ребята, это была история!
«…В девяностые годы у нас орудовал „Консорциум американских колледжей“.
Эта штука объединяла полсотни университетов. Студенты оплачивали годовое обучение — и ехали сюда: Иркутск, Ярославль, Воронеж, Москва. Наши, соответственно, туда. И вот появляется такой Джефф Лейк. А Мидлберри-колледж в Вермонте, откуда он прибыл, — это по-нашему иняз, и Лейк по-русски говорит уже без акцента. Плюс фантастический талант к языкам — через полгода у него было несколько региональных акцентов, на выбор.
Компанейский парень, симпатяга, роскошное чувство юмора и, обратите внимание, совершенно рязанская физиономия.
Отучился он в Воронеже, а с января девяносто седьмого приехал в Москву. Жили американские студенты в ДСВ[13] — знаете, да?.. Поскольку деньги у них водились, Лейк с приятелем каждый вечер покупали курицу и бутылку водки. Съевши курицу и выпив бутылку на двоих, они шли в ближайшую палатку и брали еще две. Упивались до полного счастья.
