Глядя на поплавок, мирно покачивающийся на зеркальной глади озера, Краснов думал о том, что жизнь – крайне странная штука. Раньше ему казалось, что её смысл – в покорении вершины, в том, чтобы стать независимым и финансово, и во всех остальных отношениях. Сейчас ему сорок шесть, и с возрастом пришло отрезвляющее понимание, что независимости, к которой он так стремился, просто-напросто не существует. Скорее, наоборот, чем выше ты поднимаешься, тем тяжелее оковы различных обязательств.
Счастье? А в чём оно? В количестве нулей на банковских счетах? Не факт, ибо нули есть – а счастья нет.
В семье? А ты попробуй завести нормальные полноценные отношения, основанные не на товарно-денежных интересах, когда вокруг только эти длинноногие пираньи с одинаковыми лицами, словно из инкубатора. Алексей Константинович усмехнулся, вспомнив, как алчно смотрела на него одна из таких красоток на последнем экономическом форуме. Он чувствовал себя куском телятины, которую придирчиво рассматривает на рынке хозяйка: купить или поискать получше? В детях? Тоже непросто: заводить ребёнка только с целью получить наследника, а потом с болью смотреть, как он разбазаривает «всё, что нажито непосильным трудом»? Так себе перспективка… насмотрелся он на таких.
Уж лучше оставить всё тем, кому считаешь правильным, пусть и не родным по крови.
Мысли текли спокойно, плавно, на редкость умиротворяюще, поэтому он не сразу отреагировал на запах гари, появившийся в воздухе. Дыма видно не было: наверное, где-то неподалёку был пожар, и переменившийся ветер принёс горький запах.
Для лесного пожара рановато, да и видно было бы, так что, скорее всего, в какой-нибудь из близлежащих заброшенных деревень сгорел старый, никому не нужный дом. Мало их разве сейчас стоит?
Медитативное состояние было нарушено, и Краснов, тяжко вздохнув, погрёб к берегу: на этом маленьком лесном озере годилась только небольшая лодка, любой другой тут было бы тесно, не говоря уже о катере. Почувствовав под ногами твёрдое дно, он шагнул в воду и вытащил лодку на берег.
Охранник, он же водитель, спокойно стоял возле машины, так как знал, что Алексей Константинович не любит, кому лезут под руку.
– Дымком припахивает, чувствуешь? – спросил у него Краснов, подходя и вытирая руки. – Как думаешь, что горит?
– Запах слабый, принесло откуда-то с севера, из-за леса, – поделился наблюдениями водитель, – сарай или дом сгорел где-то, вечером, скорее всего, так-то пожара не видно.
