Ему Елена верила безоговорочно…
Она всмотрелась в фотографию: Завьялов был хорош некой особой, броской плакатной красотой. Волевой подбородок, чётко очерченные губы, правильные черты лица, честные голубые глаза борца с любой несправедливостью. Весь его образ словно говорил: «Я тот самый парень, который решит все ваши проблемы, искоренит преступность, коррупцию и круговую поруку. Со мной кипяток станет горячее, сахар слаще, а лето теплее!»
Но Елена прекрасно помнила, сколько часов провёл молодой, только начинающий строить настоящую карьеру Дима, отрабатывая перед зеркалом именно эту улыбку счастливого человека с кристально чистой совестью.
И знала, кто скрывается за маской честного и благородного борца за справедливость.
– Отольются кошке мышкины слёзки… ведь чем выше взлетаешь, тем больнее падать, – обращаясь к белозубо улыбающемуся с экрана Завьялову, сказал Елена, – но мне почему-то тебя не жаль…
На столе мягко завибрировал телефон, и на дисплее появилось имя мужа. Она удивлённо подняла брови: как правило, Алексей не звонил ей, когда она оставалась поработать.
Он и сам не любил, когда его отвлекали от дел, а значит, причина для звонка была достаточно веская.
– Да, Алёша, – отозвалась она, продолжая с каким-то болезненным любопытством рассматривать до отвращения красивое лицо Завьялова. – Ты поговорил с Олегом, если я правильно понимаю?
– Да, и я одобряю твой выбор, – сказал Краснов, – первое впечатление более чем благоприятное. Умный, сдержанный, умеет считывать подтекст, не скатывается до угодничества, но и панибратства себе не позволяет.
А там посмотрим… Ты ещё долго?
– Нет, – она наконец-то закрыла вкладку с фотографией, – уже собираюсь. Но ты ведь наверняка позвонил не только чтобы рассказать о встрече — это ты сделал бы и дома. Что-нибудь случилось?
– Не сказать, чтобы случилось, но с такими раскладами я скоро действительно поверю в судьбу, – сквозь иронию в голосе Алексея сквозили нотки удивления и недоумения, – через две недели состоится открытие выставки какого-то именитого художника в картинной галерее на Большой Морской.
У меня на столе лежит приглашение на два лица: меня в самых изысканных выражениях приглашают посетить данное мероприятие, разумеется, с супругой."
"– И в чём подвох? – Елена закрыла ноутбук и встала из-за стола. – Приглашение не первое и наверняка не последнее. Возьми кого-нибудь из девочек и сходи, приобщись, так сказать, к прекрасному.
