А денежки непонятно где, по документам не проходят! – злорадно пропел он.
– Мы оба прекрасно знаем, кто продал Банни на бойню, – устало сказала Светлана Викторовна.
– Наверное, тот, кто подписал документы на продажу? – невинно протянул Администратор.
За дверью повисло долгое, тяжелое такое, как подвешенный над головой кирпич, молчание.
– Я даже не знаю – удивляться вашей наглости или как? – наконец вздохнула завуч.
– Давайте держаться в рамочках, уважаемая Светлана Викторовна! – важно объявил Администратор.
– Вместо одной пропавшей лошади вы вдруг привозите трех… а по сметам они у нас не проходят, то есть корма незаконно жрут… и бойня претензии предъявляет, говорят, вы лошадей у них украли! С техникой безопасности тоже не очень: мальчик вон в больнице лежит. А в крови у него, между прочим, обнаружен наркотик! Допинг принимают ваши спортсмены, а вы говорите – дети!
– Какой допинг? Зачем бы Костику допинг на тренировке? – изумленно переспросила Светлана Викторовна.
– То есть он вообще не принимает ничего такого!
Сашка по другую сторону двери прерывисто вздохнула. У нее что-то было с этим Костиком? Нет, вот зачем я его вытаскивал?! Топить таких Костиков, как по деревням лишних котиков!
– Уж не знаю зачем, – уклончиво ответил мужик. – Но информация о пристрастиях ваших так называемых спортсменов уже в Спорткомитете – будут разбираться, какой он кмс и как свои звания добыл!
– Кто ж ее так шустро передал, эту информацию? – в голосе завуча проскользнуло шипение разъяренной кошки.
– Активисты. Неравнодушные люди, настоящие борцы с коррупцией, – гордо объявил Администратор.
– Семнадцатилетний коррупционер Костик, – саркастично бросила Светлана Викторовна.
– С коррупцией надо бороться с самого раннего возраста! Надо еще выяснить, какую роль ваш Костик сыграл в исчезновении девочки… как ее… Юли!
– Ольги, – поправила Светлана Викторовна.
– Милиции уже тоже все известно: наркоман в коллективе – это, знаете ли, для них зацепочка.
Вас, Светлана Викторовна, я, конечно, понимаю – неохота на старости лет за кражу лошадей сесть… или за организацию наркоманского притона.
Атмосфера по ту сторону фанерной двери стала настолько зловещей, что у меня аж ухо закололо.
– Ни денег, ни репутации! – вещал мужик. – Но все можно обсудить, договориться… Есть деловые люди, при деньгах…
– Вы имеете в виду спонсоров? – настороженно спросила Светлана Викторовна.
