От всего сердца он радовался особому положению, занимаемому в обществе Техниками. Он был искренне признателен окружающим за то, что они избегали его. Ему даже не снилось, что можно быть настолько благодарным за эту изоляцию и обособленность.
Никто не оспаривал его права находиться в капсуле, никому не было дела, направляется ли он в прошлое или в будущее. Ничьи любопытные глаза не следили за ним, ничья доброжелательная рука не поднималась помочь ему, ничей словоохотливый рот не докучал ему болтовней.
Он был свободен делать всё, что ему вздумается.
— Слушай, Эндрю, ты переменился, — говорила ему Нойс. — Если бы ты только знал, как ты переменился!
Он смотрел на неё и улыбался:
— В чём, Нойс?
— Да ведь ты улыбаешься. Подумать только — ты улыбаешься! Неужели ты ни разу не видел в зеркале своей улыбки?
— Я боюсь смотреть в зеркало. Я постоянно повторяю себе: не может быть, чтобы я был так счастлив. Я болен. У меня бред. Я сошёл с ума и грежу наяву, не подозревая об этом.
Нойс ущипнула его:
— Чувствуешь что-нибудь?
Он привлек её к себе и словно утонул в её шелковистых чёрных волосах.
Когда он наконец отпустил её, она произнесла, задыхаясь:
— Вот и ещё одна перемена. Ты и этому научился.
— У меня превосходная учительница… — начал было Харлан и осекся, испугавшись, что ей будет неприятен намёк на его многочисленных предшественников, которые сделали из неё такую хорошую учительницу.
Но её звонкий смех не был омрачен подобной мыслью. Они ужинали вместе. В привезенных им нарядах она выглядела очень уютно, почти по-домашнему, и Харлан, не отрываясь, смотрел на неё.
Проследив за его взглядом, она лёгким движением оправила юбку и сказала:
— Лучше бы ты не делал этого, Эндрю, честное слово.
— Пустяки, это не опасно, — беззаботно ответил он.
— Не надо глупить. Это очень опасно. Я вполне могу обойтись тем, что отыскала здесь… пока ты всё не устроишь.
— Почему бы тебе не носить собственные платья и побрякушки?
— Потому что не стоит из-за них выходить во Время и посещать мой дом, рискуя быть пойманным.
А вдруг они совершат Изменение, пока ты там?
— Меня не поймают, — нерешительно начал Харлан и уверенно добавил: — А кроме того, мой наручный генератор окружает меня Полем биовремени, так что Изменение не может коснуться меня, понимаешь?
— Нет, не понимаю, — вздохнула Нойс. — Боюсь, что никогда не смогу усвоить эти премудрости.
— Да это же проще простого.
Харлан с увлечением принялся объяснять.
