Толковые, знающие и понимающие шире и глубже всякие производственные процессы люди тоже требовались. Но не в пример меньше, чем раньше. Что и позволило Никите в сжатые сроки развернуть довольно большое производство однотипных изделий — мушкетов единого образца.
Причем делать это быстро и дешево, добившись при этом натурального чуда тех лет — взаимозаменяемости деталей. Потому что на каждом этапе шла отбраковка. Даже изготовление стволов — самая сложное, дорогое и трудное разделялось на операции. Кто-то формировал полосу.
Кто-то ее проковывал на оправке, сваривая кузнечным образом в трубку. Кто-то ее потом правил. Кто-то калибровал канал ствола плоским сверлом. Кто-то механически обрабатывал снаружи. И так далее.
Сделал.
Проверил результат своего труда.
Передал дальше.
А там проверили приходящие узлы. И приступили к своей работе. Потому что если ты не проверил и из-за каких-то погрешностей эта деталь ушла в брак на твоем участке, то кто отвечать будет? А за брак по голове не гладили, наказывая штрафом.
Что заставляло работников не только внимательно относится к деталям, но и следить за инструментом да оснасткой. И своевременно сообщать о неисправностях.
Впрочем, не только кнутом единым. Никита, по совету Алексея, и про премии не забывал. Выдавая их, если брак у работника шел меньше установленной нормы, а также за перевыполнение плана. И премии приличные. Такие, ради которых стоило стараться…
Как английские, так и голландские купцы очень сильно напряглись, когда Никита предложил царю партию мушкетов.
Да еще такую крупную. И стали всячески увещевать Петра Алексеевича, дескать — брак и дрянь. Обмануть его хотят.
Алексей включился почти сразу. И предложил проверить.
— А вдруг действительно брак?
Только проверять не мушкеты Никиты в одиночестве, а взять для сравнения и те, что привезли голландцы да англичане. Понятно, что сразу десяти тысяч «стволов» у негоциантов заморских не оказалось. Но отказываться они не стали. И, в принципе даже тех, что они выставили, было достаточно для оценки.
Петр лично следил за проверкой. Местами даже влезая собственноручно. Но в итоге в партии из 10 тысяч мушкетов от Никиты дефекты имелись только у 27, из них тяжелые лишь у 5. Да и то можно было отбрехаться транспортными сложностями. Уронили там и помяли или дерево рассохлось, оттого и трещину дало.
А вот у иноземцев картина оказалась куда печальнее. У них из 1852 мушкетов дефекты имели 221 штука, причем тяжелые — аж 42 образца.
Ничего неожиданного.
