А потому в наших руках сделать его таким, какое оно нам нужно. Да, остается фактор случайности. Те самые кубики из игры. Но…
— Ты опять уходишь от ответа. Что ты там увидел? Что тебя так изменило?
Алексей поджал губы. Сжал кулаки. Насупился.
Но… через пару секунд расслабился и отвернувшись, подошел к камину. На улице шел дождь. Который уже день. Было сыро и прохладно.
— Сейчас бы выпить…
— Налить?
— Не хочу здоровье портить. Не каждой страсти стоит потакать.
С этими словами царевич сел в кресло, уставившись на огонь.
Это был один из первых каминов, сооруженный на скорую руку для Петра. Осенью крепко протапливать не требовалось. А вот так — почему нет? Смотреть на открытый огонь к тому же довольно приятно.
Царь, чуть помедлив, подсел рядом. И вытянув ноги стал их прогревать в теплом воздухе у камина. Пошел запах. Нет. Не горелого. А просто сохнущих чулок, которые носил весь ведь взрослый мужчина.
Оба молчали.
— Что это было?
— Сон. Просто сон, после которого у меня сильно и долго болела голова.
— И ты его хорошо помнишь?
— Нет. Отдельные фрагменты. Словно вспышки — то тут, то там. Но так часто со снами бывает. Мы редко их можем вспомнить.
— Ты в этом сне видел будущее?
— Я не знаю, что я видел. Но иной раз, прикоснувшись к какому-то предмету или занявшись каким-то делом всплывают воспоминания. Словно бы я что-то узнаю. Словно бы я это уже знаю. Было ли это будущее? Возможно. Но точного ответа на этот вопрос нет.
— Ты поэтому про конницу так упорствуешь?
— Да.
— Ясно. — глухо произнес Петр.
Помолчали.
Царь переваривал услышанные слова, которые, по сути, подтвердили то, что говорил ему патриарх. Алексей же продолжал лихорадочно думать над тем, как выкрутится из этой ситуации.
— Я слышал про учебу при печной мануфактуре. — нарушив тишину сказал царь. — Одобряю. Дело доброе. Но зачем ты им даришь книгу?
— Это должно подталкивать их стараться. Книга — хороший, дорогой подарок.
— А почему именно Евангелие?
— А что еще Адриан за свой счет печатать стал бы? — усмехнулся Алексей.
— Я предлагал — учебники простые делать. Но он отказался. Дескать — денег нет.
— А что за учебники?
— Я с Леонтием Филипповичем сделал ныне учебник по основам арифметики. Новой. Доброй. С арабским счетом и максимально простыми да доходчивыми разъяснениями, а также упражнениями для закрепления.
— Это которому я дал фамилию Магницкий? Знаю такого. — кивнул Петр. — Дельный человек.
— Кроме того мыслю сделать азбуку.
