На самом деле его в известной степени эти визиты Брюса стали раздражать. В силу профессиональной подозрительности, выработанной за трудовые годы там, в прошлой жизни. Здесь, правда, он в основном, занимался чем угодно, кроме вопросов безопасности. Так сложилось. И приходится выезжать на общем уровне эрудированности, том еще образовании, из будущего, и большим объемом работы. Однако кое-какие особенности профессиональной деформации никуда не делись. А этот «крендель» наведывать к нему стал часто. Слишком часто. Особенно после опыта с электрофорной машинкой…
— Доброго здравия, Алексей Петрович.
— произнес отвратительно свежий и бодрый Брюс. — Рад вас видеть.
— Взаимно Яков Вилимович. Взаимно. — излишне сухим тоном ответил царевич.
— Я… мне кажется вы не в духе.
— Есть немного. Сплю мало. Учеба. Опыты. Да еще и отец загрузил так, что голова пухнет. Иной раз хочу напиться как свинья и полежать немного в какой-нибудь канаве пуская пузыри. Но вовремя вспоминаю, что еще ребенок.
— Мысли у тебя… однако… — покачал головой Брюс.
— Впрочем, именно из-за этого я и прибыл.
— Отец еще решил мне что-то поручить?
— Он направил меня помочь тебе с монетной машиной. Может быть это будет звучать слишком громко, но лучший в здешних краях инженер. А тут дело государственной важности.
— Понятное дело… — буркнул царевич.
— Все на него дуешься?"
"— У него земля под ногами горит… а он… — махнул Алексей. — Впрочем, его нельзя судить строго. Он продукт среды в которой вырос. А в протестантской части германских земель крепостничество обычное дело.
Ничего дурного они в том не видят. Кукуй же нас как раз в основном выходцами оттуда и заселен.
— А ты разве вырос в другой среде? — улыбнулся Яков.
— У меня особый случай. — отмахнулся царевич. — Хотя, конечно, тут без всякой среды достаточно взглянуть на то, как расцвела экономика Франции, когда в ней еще 1315 году Людовик X отменил крепостное право в материковой части. А посмотри на Португалию? Крохотная страна, владеющая значительной частью мировых колоний.
Голландия… Эх… — махнул рукой царевич. — Все это пустое.
— Отчего же. Твой отец не против отмены крепостничества. Он опасается последствий.
— Каждый год промедления будет их лишь усиливать, эти последствия. Сам посмотри. Поместное держание утвердил еще Иван Васильевич в последней четверти XV века. Начав выделять служивым землю и живущих на ней крестьян в пользование. За службу. Нет службы? Нет земли с крестьянами. А что было потом?
— Служба, — пожал плечами Брюс.
