— У вас ещё остались какие-то вопросы?
Их была масса. Но боюсь Вольный не согласился бы ответить ни на один. Так что я отрицательно качнул головой. Марк же коротко кивнул.
— Тогда скажу, что был рад нашей встрече. Надеюсь, вы примете верное решение.
Оставив на столике банкноту в двадцать марок, он поднялся, медленно направившись к выходу. О том, что за ним не стоит следить, мужчина не упомянул. Но это было и так понятно — его руководство должны было понимать, что эта идея пришла бы в мою голову второй. Сразу после мысли о взятии пленного.
Тем не менее, они наверняка готовились к наблюдению при помощи силы или божественных спутников. Самое очевидное решение, когда речь идёт о римском боге. И тут у меня был заготовлен небольшой сюрприз.
Безусловно, Сандал полетел вслед за человеком, неспешно двигаясь над ним и держа в поле зрения. Но вместе с ними за Марком зашагал мальчишка, продающий газеты, а в переулках зашевелилась целая группа попрошаек, основная часть которых двинулась параллельным курсом.
Плюс двое неприметных смертных и парочка влюблённых, которые только недавно умилительно целовались около цветочного киоска.
Вместе с ними должны были отправиться вперёд и иные наблюдатели, но их я пока распознать не мог, что внушало определённую надежду. Раз у римского бога не получилось сразу определить слежку, то возможно не выйдет и у смертного.
Рядом могли оставаться иные Вольные, включая и таких, кого можно было обнаружить при помощи силы — на их месте я бы использовал именно их, чтобы затруднить идентификацию.
На этот случай, квартал был заполнен множеством иных соглядатаев, которые прибыли сюда загодя и сейчас внимательно наблюдали за всем происходящим.
Не зря же я провёл несколько часов в лесу под Берлином, разрывая своё сознание на части и создавая аватаров среди смертных, управлявших теневой стороны Вены. Это было сложно и болезненно, но с задачей я справился. Теперь настало время оценить эффективность такого подхода.
Глава V
Принцип доброй воли никто не отменял, а потому при поиске и обработке аватаров мне пришлось идти на переговоры.
Людьми они были специфическими, но как и обычно, в большинстве случаев всё свелось к той или иной сумме наличных. Выделились только двое — смертный, контролирующий большую часть венских попрошаек, попросил сделать его дочь аристократкой, а глава преступного синдиката, держащего под контролем большую часть борделей Австрийской империи, захотел стать Одарённым. Все остальные банально попросили денег.
