Да и я была не готова что-то сказать. А кем я была дома, я не помню, - вздохнула целительница. – Но навыки по поиску и анализу информации у меня остались от прежней жизни, вот я ими и пользуюсь. Для общего блага команды, разумеется.
Илья промолчал, не найдясь с ответом. Если Надя настолько хорошо работает с информацией, то… а она точно не знала про его отношения с Лейкой? Или даже не так… А не она ли послала Юлю, чтобы прервать его роман? Кажется, он сильно недооценивает тихую и скромную целительницу.
Театральное представление Илье не понравилось.
Театр, расположенный рядом с правительственным кварталом, оказался небольшим, размером с провинциальный кинотеатр. Внизу публика попроще смотрела представление стоя, а повыше, в окружающих сцену полукругом балконах-ложах сидели местные вип-персоны. В одну из таких лож, на самом высоком, пятом ярусе, тесную и крохотную, у Нади нашлись билеты – клочки серой бумаги с печатями. Представление оттуда видно было плохо, к тому же публика не стеснялась громко разговаривать и выражать свой восторг.
Играли местные актеры не по Станиславскому, постоянно закатывая длиннющие пафосные монологи, обращаясь к зрителям. Из-за всего этого наемник понимал сюжет пьесы с пятого на десятое: что-то про слугу, который хотел обмануть своего господина и присвоить его золото, но был сам обманут. Но местным нравилось – они вовсю смеялись, орали, топали ногами и хлопали в ладоши.
Впрочем, представление было не самым главным. У Ильи с Надей, в задрапированной от соседей плотными темными занавесками ложе, царила своя атмосфера.
Кроме одной короткой, но широкой и мягкой скамейки на двоих, там обнаружился маленький столик, графин с вином, бокалы и тарелка с сыром и изюмом. Если уж на то пошло – идеальное место для поцелуев, как в кинотеатре на последнем ряду. И поцелуи таки произошли…
Не прошло и двадцати минут после начала представления, как Надя придвинулась вплотную к парню, коснувшись его телом, и положила ему голову на плечо. А потом тихо, на ушко, прошептала:
- Обними меня, Илюша.
Пожалуйста."
"Илья аккуратно приобнял целительницу, а она прижалась еще сильнее, так, что он почувствовал ее грудь под блузкой. Какое-то время они сидели молча, а потом Надя снова зашептала.
- Я тебе совсем не нравлюсь, командир? Вот совсем-совсем?
- Что ты? – возмутился Илья. – Конечно же, нравишься! Надя, ты очень хорошая девушка. Ты добрая, красивая… ты настоящий друг!
- Всего лишь друг, - горько прошептала целительница.
