Кольцо смершевцев сжималось, бойцы стреляли по одетому в советскую форму врагу. Было видно, как пули взрывали землю рядом с его головой. Какое там убегать, когда ему пошевелиться было невозможно?
Один из бойцов Сергея подобрался сбоку, чтобы не попасть под огонь своих.
– Прекратить стрельбу! – скомандовал майор.
Но парни, увидев Милащенко, сами уже прекратили стрельбу.
Лейтенант броском подскочил к противнику и наставил на него автомат.
– Шевельнёшься, сука, – застрелю!
К пленному подбежали двое офицеров, живо заломили руки, сняли с него брючный ремень и связали.
Чего-чего, а вязать смершевцы умели быстро и крепко любым подручным материалом – опыт был большой.
Они поставили связанного на ноги, обыскали. Карманы пленного были пусты: ни документов, ни даже патронов.
Сергей подошёл вместе с остальными.
– Ломидзе, Двинянов, смотреть по сторонам.
Не хватало только, чтобы какой-нибудь отморозок, отбившийся от чужой группы, полоснул по ним очередью.
– Все живы?
Сергей заметил кровь на рукаве Милащенко.
– Ранен?
– Зацепило немного.
– Рушайло, перевяжи.
Капитан вытащил из «сидора» прорезиненный индивидуальный перевязочный пакет и занялся перевязкой.
– Ты кто такой? – обратился к пленному Сергей.
– Анищенко моя фамилия.
– Откуда?
– Из Харькова.
– Здесь как оказался?
– С вами, советскими, воюю, – с вызовом ответил пленный.
– Да это понятно. Откуда на тебе наша форма?"
"– Не знаю. Друже проводник нашёл где-то, велел всем переодеться.
Говорил – так сподручнее.
– Грабить и убивать сподручнее. А население будет думать, что это наши войска бесчинствуют – грабят, насилуют, убивают. Так?!
– Так, – нехотя выдавил пленный.
– Ещё в лесу бандиты есть?
– Мы не бандиты, мы против немцев и Советов.
– Ты на вопрос не ответил.
– А пошёл бы ты, краснозадый! Сам поищи! Лес большой, может – найдёшь, а может – на пулю нарвёшься.
– Насчёт меня – ещё неизвестно, а ты уже нарвался.
Сергей вытащил из кобуры «вальтер» и выстрелил пленному в лоб. Никто из его отряда и бровью не повёл. Они в рейде, пленный не даст свободы передвижения, свяжет их по рукам и ногам. А отправлять пленного с конвоирами – слишком большая роскошь. Да и трибунал всё равно приговорит пленного к повешенью или расстрелу – других мер к бандеровцам, захваченным с оружием, не применяли. Собаке – собачья смерть.
– Забрать патроны и харчи, если найдёте.
