Кийко усмехнулся, но промолчал.
Мы не стали рисковать и по дуге обошли места, где должны были находиться мары. А вот когда подошли к Прибрежной роще, я сильно удивился — трупов колонистов видно не было. «Вояки что, действительно убрали их, чтобы меня подставить?»
Видимо, я не сдержался и задал этот вопрос вслух.
— Скорее всего, вояки заставили убрать трупы маров, — ответил мне Кийко. Если система признает, что колонистов застрелили изгои, то заставит вояк постоянно ходить в патрули. Ей ведь не понять, что мары и вояки заключили перемирие.
Ну, а воякам бродить по лесам лень. Марам тоже не нужно, чтобы рядом сновали вояки. Вот так все и решилось.
— И я еще остался крайним.
— А кого еще система должна назначить крайним? — удивился Кийко. — Это вполне нормальный…
Чуть позади него, буквально в нескольких метрах от головы, в дерево ударила пуля, выбив щепки из ствола.
— Мары! — мы моментально залегли в траву, благо она высокая была.
— Ты видел, где они и сколько их? — спросил Кийко.
— Позади нас, — ответил я, — точно не знаю, но вроде пятеро!
— Черт!!! Что делать будем?
— Уходить, конечно! — хмыкнул я.
— Мы уже, считай, в роще.
Кийко попытался подняться, но я его вовремя дернул назад.
— Куда ты? Ползком!
Словно в подтверждение моих слов совсем рядом, прямо над нами, свистнула пуля.
— Что-то они слишком уж точно стреляют, — проворчал я.
Мы развернулись и поползли в рощу. Старались перебирать конечностями как можно быстрее — наверняка нас пытаются вычислить один или два стрелка, а вот остальные наверняка бегут сюда.
Мы проползли метров десять и здесь уже осмелели — нас прикрывали кусты и если не нарываться, мары увидеть нас не должны. Мы нарываться не собирались — продолжили свой путь, хоть и пригнувшись, но все же намного быстрее, чем в положении лежа.
Рощу мы проскочили минут за пятнадцать, не больше. И сейчас неслись, тяжело дыша, к броду. Нельзя останавливаться, нельзя сбавлять темп — нужно перейти реку, и как можно быстрее, мы сейчас, как на ладони.
Грудь болела, каждый вдох словно бы обжигал глотку и легкие.
Сами легкие, казалось, вот-вот выпрыгнут наружу. Но мы не сбавляли темпа.
Перешли или, скорее, перебежали, брод, бросились к высившимся неподалеку скалам, за которыми и укрылись, чтобы перевести дух.
Мы стояли, опершись спинами о холодный камень и дышали, как загнанные лошади. Лицо Кийко было красным, все покрыто потом, волосы слиплись, он даже не дышал, а хрипел. Впрочем, наверняка я выглядел со стороны не лучше.
