Ей нельзя научиться, ее нужно наработать самому. А нам ее впихивают в базе, и твой мозг попросту не может нормально работать, когда ему насильно всучивают весь этот массив данных.
— Короче, теоретических знаний можно запихнуть сколько угодно. А вот с практическими стоит знать меру, — подытожил я."
"— С теоретическими тоже есть планка, — возразил Шендр, — нужно время, чтобы знания усвоились, так сказать раскатались ровным слоем, разложились по полочкам. Больше баз — дольше будет длиться этот процесс. И опять же, если мозг не будет справляться, он отправит тебя баиньки.
И если с практическими знаниями это происходит сразу и дальше можно не бояться повторения «обморока», то человек, перегруженный теорией, может оказаться без сознания в любой момент. И как долго сохраняется опасность этого — я без понятия.
— Ясно. В дальнейшем базы учу только в городе и по одной, — кивнул я, — помогите подняться.
Меня подняли в вертикальное положение, и я замер, проверяя себя — смогу ли я вообще стоять прямо, не собираюсь ли рухнуть на землю? Вроде нет.
— Ну и как? — спросил Литвин. — Уже чему-то новому научился?
— Да пока вроде не… — я не закончил фразу, так как вспомнил, для чего именно купил базу. Перед глазами мелькнули сырые волчьи шкуры, небольшой чемоданчик НКВД, который можно было разобрать в достаточно вместительный бак. И в котором, собственно, шкуры должны будут дубиться. Затем перед глазами предстала картина, как из тонких сучьев я делаю раму, на которой шкуры вывешиваются и растягиваются. А затем, наконец, я четко увидел конечный результат всего этого процесса — шкуру с красивым мехом, переливающимся разными цветами.
Тут же мозг подсказал состав для дубильного раствора, с помощью которого можно усилить этот эффект, сделать цвет шерсти еще более привлекательным.
— Есть! — кивнул я. — Я знаю, что и как делать со шкурами.
— Так давай! Вперед! — предложил Литвин.
— Не все так просто. Нужно вернуться в город и купить набор для дубления и выделки.
— А сколько он стоит?
— А черт его знает, — честно ответил я, — надеюсь, денег хватит.
— У нас, ты помнишь, ни копейки, — мрачно заметил Шендр.
— Если комплект есть, если мне на него хватит денег, если высушенные с его помощью шкуры будут принимать дороже, чем обычные, то обсудим новые условия дележа, — предложил я, — мне ведь нужно будет отбить покупку. А работать она будет на всех нас.
— Логично, — кивнул Литвин, — но если покупать шкуры будут за ту же цену, то извини — ты зря потратился на этот «НКВД».
