С этой минуты вы должны забыть, что вас высадили в тылу врага, что вы преследуемы, а значит, постоянно нужно скрываться, избегая стычек с противником. Отныне мы не будем со страхом ожидать, пока нас выявят каратели. Наоборот, сами будем выявлять и уничтожать противника, даже там, где ему и в голову не приходит ждать нас.
— Да, пора уже браться за него, — одобрительно проворчал Гаёнок, — а то застоялись мы, как молодые жеребцы на коновязи.
Однако старшина «цыкнул» на него, заставив умолкнуть.
— И еще одно: если в бою нет особого приказа, действуйте самостоятельно.
Учитесь маневрировать, вовремя менять позицию, использовать любое трофейное оружие. С завтрашнего дня мы начнем ежедневные специальные тренировки. Вы будете учиться владеть всеми видами оружия и приемами ближнего боя, снимать часовых, маскироваться. Основы такой науки вы уже, очевидно, получили при подготовке к десанту. Но я знаю, что это был сокращенный, ускоренный курс."
"Теперь уже строй устало, сонно молчал. Врага бить надо, это понятно.
Однако бойцы все еще не понимали, зачем Беркут поднял их сейчас, в половине третьего ночи, когда за десятки километров вокруг — ни одного фрица. Неужели только для того, чтобы сказать то, что он только что сказал?
— Этого человека, — кивнул он в сторону стоящего под скалой проводника — мы будем называть так, как ему нравится, — «отшельником». По тропе, которую он укажет, мы спустимся сейчас в лес и пройдем к окрестностям села Горелое. Как стало известно, немцы засекли нашу радиостанцию и подтянули к этому селу около двух рот.
На автомашинах.
— Откуда известно, что уже засекли? — недоверчиво и в то же время встревоженно поинтересовался радист.
— Судя по описанию, данному Отшельником, одна из машин — радиолокационная. По всей вероятности, гитлеровцы перехватывают наши радиограммы и, конечно, получили приказ уничтожить группу. Рядовой Задунаев, возьмете рацию и пойдете вместе с группой. Сегодня вам придется поработать особенно много. Но уже в лесу, недалеко от села.
Передавать можно любой текст. Вплоть до сообщения о взятии Берлина войсками Абиссинии. Ну а мы поможем немцам, проведем их прямо к вам, к рации. Чтобы не заблудились. Детали обсудим на месте.
— Таки прав ты был, Гаёнок: засиделись мы в этих райских кустиках, — подал голос старшина. — А пахать есть где.
— Да, этот соскучиться не даст, — поддержал его Копань.
Дождавшись радиста с рацией, они вышли на «монашью тропу», ведущую к пещерам Отшельника.