— А ты что тут делаешь? Неужели искать вышел?
— Вообще-то, я вышел встречать свою невесту, — отец поднимает взгляд на стоящего за моей спиной мерзавца. — И её сына, с которым, как я вижу, вы уже познакомились. Здравствуй, Фергус.
— Что? — вырывается у меня.
2.2
Фергус тут же выпускает меня из рук. С его лица исчезает веселье, теперь он смотрит на меня озадачено, а в конце и вовсе хмурит брови, будто только что узнал, что касался прокажённой.
Очень хорошо его понимаю, мне теперь тоже хочется помыться! Сжимаю зубы и с вызовом смотрю в ответ, пока меня опять не хватают за локоть, в этот раз отец.
— Живо в дом, Кассандра! Я же сказал, что у меня нет времени на эти глупости. В таком виде ты Марлу встречать не будешь. Как тебе вообще мозгов хватило на улице показаться? Специально меня позоришь?
Я сжимаю кулаки, и ногти больно впиваются в ладони. Ну что за человек, а? Устраивать скандал с выговором посреди улицы! Ещё и перед этим… Да уж… хуже быть уже не может.
Сжав зубы, я вырываю руку и иду к воротам, до которых меня успел дотащить мерзкий кандидат на место сводного.
Ну а что делать? Не побегу же я от них.
Придётся признать, побег провалился.
— Госпожа, слава богам с вами всё в порядке! — я даже холл пройти не успеваю, а на меня уже набрасываются горничные. — Идёмте, скорее.
Позволяю увести себя. Они ещё не знают, что я сожгла платья, а значит не знают и о том, что можно не спешить, ведь отец не выпустит меня к потенциальному жениху «не при параде».
Но, когда меня приводят в комнату, я замечаю подозрительную коробку, появившуюся на кровати.
— Это ещё что? — фыркаю я.
— Лорд Эверт догадывался, что вы не обрадуетесь новости, поэтому приказал держать одно из платьев в качестве запасного, — кланяется служанка.
— Всего одно?
— Леди Эверт, благоразумно ли сердить отца?
— Я не поняла. Кто-то слышал, что я совета спрашиваю или что? — я оглядываюсь и все тут же роняют взгляды на пол.
— Вовсе нет, госпожа. Пойдёмте в ванную, пожалуйста. Сегодня нужно многое сделать и нас накажут, если не успеем…
Как бы я ни была зла, подставлять ни в чём не повинных людей я не могу.
Скрипя зубами, терплю, пока они стаскивают с меня одежду. Готова спорить, отец приказал отправить её вслед за сожжёнными платьями.
Следующие несколько часов протекают скучно. Меня моют, долго вычёсывают и укладывают волосы, красят глаза, а я думаю только о том, чтобы не расплакаться от бессилия.
Мысли то и дело возвращаются к мерзавцу.
