Ненастоящие чувства, фальшивые улыбки и показные стоны, вместо женщин – куклы. Эта же была другой, такой искренней и чистой, такой настоящей.
Ему хотелось, чтобы девушке с ним было хорошо.
Как последний придурок думал о её удовольствии, а потом уже о себе.
Вот как так она легко ломает его?
Как перекраивает на свой лад?
- Я так сильно хочу тебя, Марина, - простонал он, чувствуя, как она вся сжалась от этих его слов. А он, рванул рукой пояс халата, сдёргивая его с девушки.
Оставшись в одних трусиках, Марина сжалась под его взглядом, его чёрные глаза горели страстью и желанием, изучая её почти обнажённую фигурку, подмечая каждый изгиб.
- Камиль! – выдохнула нервно она, когда он демонстративно расстегнул ремень на брюках, а потом, сняв их, улёгся к ней в постель, придавив сверху, вдавливая в кровать.
Марина смотрела на него своими огромными глазами.
- Ты всё ещё боишься меня, Колибри?
Она едва заметно отрицательно покачала головой.
- Правильно, птичка моя, ты не должна меня бояться.
Я тебя не обижу, - произнёс хрипло он, а потом опустил голову и его губы обхватили сосок.
- Камиль!
- Я не могу больше терпеть, - простонал он, дерзко шаря руками по всему её телу. Марина выгнулась под ним, когда он обрушил град поцелуев на её лицо, шею, плечи, поцеловал грудь, опускаясь горячей дорожкой из поцелуев ниже и ниже.
Обхватил руками трусики, одним движением сорвал их, Марина лишь услышала треск ткани.
- Ты совершенна везде, моя Колибри, - услышала она его хриплый голос, изменившийся до неузнаваемости.
Марина в первую минуту хотела воспротивиться, но не смогла, он так умело обращался с её телом, пробуждая ответное желание, что крик разума оказался бессилен против желаний тела.
Девушка лишь немного пришла в себя тогда, когда он наконец-то перестал терзать её тело губами.
От его помутневшего от страсти взгляда, она почувствовала, как щёки обжигает жар смущения.
Наверно она с ума сошла, если позволила ему вытворять такое!
Марина безумно засмущалась, думая о том, что его губы уже успели изучить все места на её теле, даже самые сокровенные.
И к её стыду, ей это понравилось.
Пока она полностью не пришла в себя от пережитого удовольствия, Камиль устроился между её ног и медленно, осторожно толкнулся в неё.
Она прерывисто вздохнула, бросив на него испуганный взгляд.
- Всё хорошо, девочка моя, - услышала она его шёпот у самого уха, - расслабься.
