Враки, конечно, но телефонами обменялись. Потом он приглашал гулять по пляжу и в ресторан. Отказалась. А вот в оперу пошла.
Вот скажите, как сложной женщине просто одеться в оперу. Нужно именно платье, нарядное, но не ярче тех, что на сцене. Значит, вычёркиваем диадемы и платья в пол. Джинсы тоже вычёркиваем, всё-таки театр. Анна не собирается соблазнять Роберта, это тоже надо выразить одеждой. Ещё надо показать, что пару бокалов шампанского она примет с благодарностью. Не тем делом всё-таки заняты суперкомпьютеры.
Рассчитывают неосязаемую в космосе тёмную материю, тогда как на Земле полно нерешённых вопросов.
Другие дамы припрутся на каблуках высотой с цирковые ходули. Придётся также показать, что все их попытки тщетны рядом с настоящей элегантностью. Резюмируем. Платье должно быть сдержанным, но броским, торжественным, скромным, сексуальным и будничным одновременно. В шкафу – разумеется – такого не нашлось. Не ясно даже, существует ли нужный фасон где-то в мире. О чём думают дизайнеры одежды – непонятно.
Анна сутки потратила на расчёты и поиски. Прокляла Роберта и композитора Бизе. Обессилела, утратила веру в цивилизацию и выклянчила абы что у подруги Лигиты. Серебристое платье чуть выше колена и к нему легчайший шёлковый плащ. Костюм не передавал всего, что хотелось. Недостающие смыслы Анна надеялась восполнить выражением лица. Лигита сказала:
– Ты богиня!
И всплеснула руками. Анна разделила эту оценку на восемь и пообещала в следующий раз подготовиться как надо.
С Робертом не стыдно посещать театры.
Он галантный, подтянутый, не жмот в буфете. Говорит только об Анне, расспрашивает о прошлом. Такая однобокость интересов скорее плюс, но ощущается как минус.
– Анна, вы были замужем?
– Была.
– А хотели бы ещё попробовать?
– В трезвом уме – нет. Но пока в мире есть анжуйские вина, возможно всё.
– А каким был ваш первый муж?
– Идеал. Не сразу конечно, пришлось отсечь лишнее, а кое-где наоборот, прилепить новых качеств.
– Что же вы ему отсекли?
– Предыдущую жену, например.
– Разбили чужой брак?
– Я не знала. Он скрывал. Клялся потом, что потерял память и совесть, лишь меня увидел. Я, разумеется, верила.
– Всё равно разбили. Красивые женщины в ответе за тех, кого одурманили.
– А вы отвечаете за тех, кого соблазнили?
– За дурнушек – да.
– Так-так.
– Я не о вас. Между нами всё иначе. Вы хищница, а я лишь бедная жертва ваших чар.
– Продолжайте.
– В нашем гипотетическом браке я бы постарался приделать вам сигнализацию.
