Раскрыв блокнот, я начала с помощью подруги делать наброски моделей и расцветок одежды, которую мы с Лилей могли бы носить сами или даже продавать. Это занятие увлекло нас по-настоящему. Кроме того, Лиля показала мне новое целительское заклинание сращивания тканей. Жаль, что потренироваться было не на ком.
Натар на обед не пришёл, он последние дни безвылазно сидел в кузнице и работал над заказами. Лиля мягко журила его, но он неизменно отвечал, что скоро у них будет семья, а значит, нужны деньги.
Про предложение Лимара я ей пока не говорила, ведь не факт, что я его приму.
В конце концов, была вероятность, что повышенное внимание Танарила я просто вообразила. Каких-то ярых попыток вернуться в мою жизнь он всё-таки не предпринимал. Да, один раз сказал, что скучает, но не выходить же из-за этого замуж? Глупость."
"Однако, поджимали сроки. Определиться со своим отношением к предложению Лима я должна была как можно скорее. До первого дня лета осталось не так много времени. В этом мире для бракосочетаний подходило только четыре дня в году.
Чаще всего до брачующихся снисходили боги и чем-то одаривали, либо что-то рассказывали в этот день. Говорят, что раньше свадебный день в году был только один, но с постепенным увеличением населения и возросшей нагрузкой на богов (ага, прямо как в офисе) дней стало сначала два, а потом и вовсе четыре. Для меня оказалось сложным понять отношение местных к богам. Они существовали, их видели, их распоряжения исполняли. При этом никто им не молился.
Никто не ходил в храм. Храм называли домом богов. Не было религии как таковой, обрядов, их даже не упоминали в речи. Я боялась поднять эту тему, кто знает, почему тут так заведено? Но постепенно любопытство пересиливало, и я решила спросить Лимара в следующий раз, когда мы останемся тет-а-тет.
Отмокнув в ванной и вычесав из волос все стружки и опилки, я легла в постель. О Танариле старалась не думать, но мысли лезли в голову сами. Почему всё сложилось именно так? Почему я в него влюбилась, а он в меня — нет? Могла ли я сделать что-то, чтобы сложилось иначе? В чём ошиблась?
Эти мысли сменялись другими.
Почему из сотен других мужчин я выбрала мерзавца, который просто мною попользовался и даже не скрывал своего отношения? Почему какая-то частичка всё равно хочет слышать про то, как он сожалеет и скучает? Почему мне не всё равно на то, что его ранили?
Слёзы катились из глаз уже привычными, проторёнными дорожками.
