Верни завещание, и я уйду, - миролюбиво произнесла, тем не менее, борясь с внутренней дрожью и яростью. Боюсь, еще минута в обществе этого лицемера, и я внезапно… стану вдовой.
- Не так быстро, любовь моя. Для начала обсудим условия обмена.
- Обмена?
- Верно. Что я получу взамен? – Красавец-герцог усмехнулся.
Склонив голову на бок, я только сейчас заметила на нём темные брюки и расстегнутую на все пуговицы сорочку. Веймаер был чертовски хорош собой. Дерзкий, необузданный, с жарким взглядом. По его голой груди скользили золотистые блики света.
Темные волосы, рассыпанные по плечам, придавали ему суровой уверенности.
- А чего ты хочешь, Йен?
- Самую малость. Одну ночь с тобой, Мирабель.
- Прости? – Я с прищуром уставилась в мужское лицо, впрочем, прекрасно понимая, куда он клонит.
- Одна совместная ночь. Только на этих условиях я верну тебе завещание."
"Гхм. Следовало с самого начала догадаться, к чему был затеян цирк с появлением городского чиновника. Герцог банально желает унизить строптивую беглянку-жену, затащив ее в постель.
- А не многовато ли просишь за клочок старой бумаги, милый?
- Цена озвучена, - с наглой улыбкой протянул Веймаер. – Или принимай, или уходи.
Стоит один раз поддаться его условиям, дать слабину и я тотчас угожу в ловушку, из которой уже не выберусь.
- Ладно, прощай.
- Бе…ель, перестань, - прохрипел довольный собственной дерзостью мужчина, поднялся с дивана и решительно направился ко мне. – Всего одна ночь. И кофейня станет твоей.
- Нет.
– Процедила сквозь зубы. – Между нами всё кончено.
- В таком случае через две недели ты потеряешь тёткино заведение. Оно отойдет королевству, а ты, без денег, крыши над головой и с огромными долгами останешься на улице.
- Вот чего все эти недели ты упорно добиваешься, - хмыкнула, пятясь от наступающего Веймаера.
- А ты думала, позволю тебе растоптать свою репутацию? Заключив со мной пари, ты допустила большую ошибку.
- Серьезно? – Вскинув бровь, скользнула взором по обнаженному мужскому торсу.
Хорош, зараза. Не удивительно, что дамы так и падают к его ногам штабелями.
- Я не проигрываю, Бель, - оскалился он в победной усмешке. – Пари останется за мной. И ты – тоже. Всё закончится постелью, любимая. Так или иначе, ты вернешься в семью.
Продолжать разговор с властным деспотом, возомнившим Мирабель безвольной игрушкой, я больше смысла не видела. Йен давно переступил все рамки приличия, продемонстрировал – на какие низости способен.
