Эта его черта восхищала меня, и я мечтала воспитать такую же в себе. Что бы ты ни сказал, люди всегда будут думать по-своему, и не потому, что верят в свою правоту, а потому, что в них от природы заложено стремление всегда быть правыми. Защищая себя, ты подпитываешь чужую жажду конфликтов. Если не оправдываешься, то ставишь точку в разговоре. Ты. А не твой оппонент.
Внезапно я подумала о том, не был ли Кай прав. Что могло произойти, если бы он не вмешался?
Повернувшись ко мне, Дэймон кивнул в сторону друга.
– Значит, иди с ним. Вперед.
Я стояла, не в силах пошевелиться.
– Все нормально. Уходи, если хочешь.
– Дэймон…
– Ты хочешь, я знаю. Ты мне не нужна и никогда не была нужна.
В груди словно образовалась дыра. Зачем он так? Почему он всегда так поступал?
– Идем, – распорядился Кай и взял меня за руку.
Я увернулась.
– Уходи, – шепнула я, наклонив голову, не в силах посмотреть ему в глаза. – Возвращайся на вечеринку.
– Бэнкс!
– Я никогда его не оставлю, – крикнула я.
Подойдя к брату, я мысленно внушала Каю, чтобы он ушел.
Сегодня я дважды выбрала Дэймона. Кай не знал, что мы – семья. Если бы знал, возможно, понял бы меня, но эта информация все равно ничего не изменила бы. Дэймон всегда стоял для меня на первом месте.
Брат сжал мою ладонь – едва уловимый жест, свидетельствовавший о том, что он меня простил.
– Таковы уж цыпочки, чувак, – усмехнулся Дэймон.
Между ними повисла тишина. Я буквально чувствовала на себе взгляд Кая. Он хороший парень, но у нас ничего не выйдет: он не позволит в третий раз оставить себя в дураках.
Я смотрела на Наталью, боясь взглянуть на него, и каждая секунда молчания казалась вечностью.
– Да, – ответил парень. – Безумная ночь, верно? – Краем глаза я заметила, как он попятился. – Увидимся в школе в понедельник.
Кай ушел. И чем дальше он удалялся, не оглядываясь, чтобы вернуться за мной, тем болезненней сжималось мое сердце. Позже, когда останусь один на один со своими мыслями, я буду гадать, что бы случилось, если бы я последовала за ним.
Если бы приняла его руку и пряталась с ним всю оставшуюся ночь.
Дэймон притянул меня к себе и поцеловал в лоб.
– Хорошая девочка. Ты никогда меня не подводишь.
Наталья издала стон, ее веки задрожали и начали подниматься. Ее рука была в крови, но, несмотря на серьезный порез – или несколько порезов, – кровотечение было не таким уж сильным. И все же нам нужно было доставить ее к врачу, чтобы наложить швы или типа того.
