По шее разлился жар, просочившийся глубоко в грудь. Я медленно вдохнул прохладный воздух, ощущая, как колотится мое сердце и пробуждается голод.
Внезапно шум дождя, водопадом заливавшего аллею, наполнил додзё[1]. Внизу захлопнулась тяжелая металлическая дверь.
– Привет, – окликнула Рика.
Мое сердце будто провалилось в живот. Я закрыл глаза, наслаждаясь этим ощущением. Ее голос эхом разнесся по пустому зданию, но я остался стоять на темной площадке, выжидая, когда она сама меня найдет.
– Кай? – послышался ее крик.
Я натянул капюшон черной толстовки на голову, повернулся к перилам и посмотрел вниз.
– Эй, – снова позвала Рика, на сей раз более настойчиво. – Кай, ты здесь?
Сначала я увидел ее белокурые волосы. Это первое, на что люди всегда обращали внимание. В темном пентхаусе Рики, в этом темном додзё, на темных улицах или в темных комнатах она всегда выделялась из серой массы.
Подняв руки, я сжал поржавевший стальной поручень лестницы и проводил девушку взглядом, когда она неторопливо вошла в основной зал.
Рика щелкнула выключателями, расположенными на стене, но ничего не произошло. Свет не загорелся.
Она резко повернула голову вправо, затем влево, внезапно насторожившись, снова протянула руку к выключателям, опустила их и опять подняла.
Ничего.
Ее грудь начала вздыматься и опускаться быстрее. Рика огляделась вокруг, крепче сжимая ремешок своей сумки. Ее движения становились все более напряженными с каждой секундой.
Я силой подавил улыбку и склонил голову набок, наблюдая за ней. Я должен был объявить о своем присутствии.
Должен был играть честно и дать Рике понять, что я здесь, она в безопасности.
Но чем дольше я ждал, чем дольше молчал и прятался, тем сильнее девушка нервничала. Когда она прошла в следующую комнату, я ничего не мог с собой поделать, желая прочувствовать этот момент. Рика была в замешательстве. Напуганная. Робкая. Она не знала, что я тут, прямо у нее над головой. Не знала, что сейчас мой взгляд был прикован к ней, и что я мог подбежать, схватить ее и повалить на пол быстрее, чем она успеет сообразить, что произошло.
Я не хотел ее пугать и в то же время жаждал этого. Сила и желание все контролировать вызывают зависимость. Я не собирался ими наслаждаться, потому что меня от этого мутило.
Они превращали меня в Дэймона."
"Дышать стало тяжелее; я крепче сжал поручень, боясь самого себя. Это ненормально.
– Я знаю, что ты здесь, – сказала Рика, сдвинув брови и оглядываясь.
Но бесстрашие в ее взгляде было напускным.
