– Дэймон, должно быть, действительно хорошо тебя обработал, чтобы добиться такой преданности, – выпалил Кай. – Я видел его с женщинами. Тебе правда нравится то, что он с тобой делает?
То, что он со мной делает… Глядя через заливаемое дождем лобовое стекло, я погрузилась в размышления. Я принадлежала Дэймону и, независимо от того, выяснил Кай истинную причину или нет, всегда буду на его стороне.
– Той ночью…
– Не нужно, – перебила я.
Он замолчал. Я слышала, как он тяжело дышал, втягивая носом воздух.
– Я был рад, что Дэймон увидел нас той ночью, – прорычал парень.
– Мне понравилась ярость на его гребаном лице, когда он наблюдал за тем, как ты сгорала от желания ко мне.
Мышцы моих ног напряглись. Я поморщилась от воспоминаний о том, как ужасно поступила той ночью. До сих пор отчетливо помнила свои ощущения, когда Кай прижимался ко мне своим телом.
– Что-то в тебе есть, мелкая, – произнес он, по-прежнему глядя на дорогу. – Не знаю, что именно, но большую часть времени, когда я веду тренировки, встречаюсь с подрядчиками, разговариваю со своими друзьями… Черт… – Кай покачал головой.
– Я с трудом выношу все это. Мне даже проклятую еду бывает тошно пережевывать! – Он перевел взгляд на меня, включив пятую передачу. – Но рядом с тобой все иначе. В твоем присутствии я ощущаю жуткий голод.
Я смотрела вперед, пытаясь подавить инстинктивное желание сжаться, стать невидимой.
– На тебе его ремень… – Низкий голос парня прозвучал угрожающе, из-за чего волоски на моем теле встали дыбом.
Ремень Дэймона.
Внезапно остро ощутив кольцо, туго затянутое вокруг моей талии, я заерзала на месте.
Кай указал на ремень и снова перевел взгляд на дорогу.
– Я узнаю метки, вырезанные им еще в школе, за каждое точное попадание. На баскетбольной площадке и за ее пределами.
Господи, Дэймон. Я еле сдержала вздох. Этот ремень я забрала, когда брат попал в тюрьму, а после освобождения Дэймон не попросил его вернуть.
– Носи его каждый день, Бэнкс, – распорядился Кай. – Каждый чертов день.
– О, и так ношу, – ответила шепотом, зная, что он услышал.
Готова поспорить, он гадал, есть ли на ремне метка для меня. Дэймон был прав: решение скрыть, кем я ему приходилась на самом деле, было стратегически выгодным. Если Кай считал меня «игрушкой или инструментом» Торренсов, то даже не подозревал, какой козырь ему на самом деле достался.
Но помоги мне Бог, если он узнает.
Кай пересек границу округа Уайтхолл. На реке под дождем покачивался грузовой корабль и несколько буксиров.
