– Может, я захочу кусочек, когда вернусь. В любое время.
Снова раздался хохот. Положив руку мне на спину, Давид увел меня.
Мы вчетвером направились к внедорожнику, оставив моего брата и его друзей, но перед тем, как натянуть капюшон, я услышала предупреждение, брошенное Дэймоном Каю.
– Кроме меня, к ней никто не прикоснется. Никогда.
Никогда.
Глава 9
Бэнкс
Наши дни«Кай Дженато Мори, – прочитала я. – Родился 28 сентября в Тандер-Бэй… единственный ребенок в семье».
Я листала страницу за страницей, изучая детальное описание его жизни: безупречные оценки, достижения в баскетболе и плавании.
А также его арест и деятельность после выхода на свободу более года назад.
Не считая того случая, после которого Кай отсидел – нападение на человека, избивавшего свою младшую сестру и оказавшегося копом, – он был образцовым юношей. Кай умел веселиться, однако никогда не выходил за рамки, в отличие от Уилла.
Он наслаждался женщинами, но они, похоже, никогда не испытывали к нему ненависти после расставания, как случалось с Дэймоном.
Еще он порой бывал суровым, непреклонным и пугающим, но никогда не казался жестоким, как Майкл.
Кай был лучшим в их маленькой команде.
Все изменилось после тюрьмы. Он стал другим.
Никаких женщин, по крайней мере, на публике. Не больше одной порции алкоголя, по крайней мере, в окружении людей. И сейчас он был не просто жестоким, а иногда даже безжалостным.
Я остановилась на кадре, запечатлевшем Кая на подходе к «Хантер-Бэйли». Частный детектив подловил его на тротуаре: черный пиджак развевался на ветру, воротничок белой рубашки был расстегнут, на плече висела спортивная сумка.
Смоляного цвета волосы оттеняли строгий взгляд темных глаз. Глядя на его накрахмаленную рубашку, я думала о скрытом под ней теле и вспомнила, что ощущала, прикасаясь к нему, когда этот мужчина носил футболки и толстовки.
Он был теплым. Вот каким я его помнила. Очень теплым.
Захлопнув папку, глубоко вздохнула и сунула ее под сиденье, где лежали остальные. Я видела, как мой брат играл с бесчисленным количеством девушек, словно те были бесполезными игрушками, а потом избавлялся от них, как от мусора.
Знала, насколько ужасно мужчины могли обращаться с женщинами, которых трахали. А женщины не только принимали такое поведение, но еще и возвращались, чтобы повторить. Более того, умоляли об этом.
Я никогда не буду похожей на них.
– Где он, мать его? – проворчал Давид с водительского сиденья, сбив пепел с сигареты в приоткрытое окно.
