Ни сисек, ни жопы… Позорище, одним словом.
Глава 3. Без молока и сахара
Я действительно ответственный человек. Когда мне в десять часов утра позвонил незнакомый номер и женским голосом раздраженно поинтересовался, почему меня нет на месте, то я малость удивилась. Какая работа?
— Как какая? Мирон Львович не любит непунктуальных людей! Он же с тебя три шкуры сдерет в первый же день! И документы для оформления не забудь, ладушки?
Гудки, и я в панике подрываюсь с постели. Почему меня не предупредил, что я успешно прошла собеседование?! Ни позвонили, ни скинули на почту уведомления… Стоп.
Стою посреди комнаты и смотрю на резюме. Указана старый е-мейл, пароль от которого я благополучно забыла. София! Какая же ты глупая растяпа! И сколько предложений о работе я потеряла?
Пришлось раскошелиться на такси. Непредвиденная трата, но если договоренность об озвученном окладе будет выполнена, то уже через месяц я перестану считать копейки. Врываюсь в пустую приемную и не знаю, стоит ли уведомить Мирона Львовича о том, что его новая секретарша соизволила, наконец, явиться на работу.
Нет. Сяду за стол, переведу дух и сделаю вид, что и не опаздывала вовсе. Может, и не заметит? Поскрипываю креслом и не знаю, что мне дальше делать. Мария Ивановна могла бы для начала ввести в курс, но, видимо, мне придется самой набивать шишки.
Короткий звуковой сигнал отвлекает от документов, которые я отыскала на столе. Нажимаю кнопку, которая подмигивает зеленым огоньком, и слышу строгое:
— Принеси мне кофе.
— Принято, Мирон Львович.
Массивная кофемашина, которую я отыскала в небольшой кухоньке за неприметной дверью в углу у раскидистой пальмы, меня ввела в ступор. Я же экономист, а не бариста! Как к ней подступить, чтобы добиться горячего кофе?
Лезу в интернет и вбиваю марку и модель черного монстра. Внимательно изучаю информацию, вдыхая бодрящий аромат кофе, которым, кажется, пропахли даже стены. Следую строго инструкциям. Засыпаю зерна, заливаю молоко в отдельный резервуар и через несколько неудачных попыток готова кружка настоящего капучино с пушистой пенкой.
Однако Мирон Львович совершенно не рад моей победе над жутким монстром, из которого я все-таки выдоила бодрящий эликсир. Он с сомнением смотрит на чашку с кофе, затем на меня и медленно моргает:
— Изволила издеваться, Софушка?
— Но вы даже не попробовали.
Обидно до слез. Я впервые в жизни лично взаимодействовала с кофемашиной и даже нашла с ней общий язык, если так можно выразиться.
