Ты лучше скажи, какой матерью буду я?
— Хорошей, — уверенно отвечает Мирон. — И это не обсуждается.
— Тогда нам нечего бояться?
Отнимает тюбик солнцезащитного крема, сгребает в объятия и целует. Рядом шуршит море, набегая волнами на мелкий белый песок, солнце прогревает до самых костей, а воздух пьянит солью и чистым звенящим счастьем, к которому меня и Мирона толкнуло собеседование в три часа после полудня.
Эпилог
— Сава! — вскрикиваю я, когда младший из двойняшек с хохотом забегает в пруд по пояс в желании поймать испуганную утку, что отплыла к противоположному берегу.
— Стой! Стой, Сава!
Ему и его брату Богдану четыре. Только если младший спокойный, рассудительный, то старший шкодничает, везде лезет и закатывает грандиозные истерики, от которых трясутся стекла на окнах. И как астрологи объяснят, что у двух мальчиков, рожденных в один день такие разные характеры? Они только внешне походят друг на друга: оба чернявые и бледнолицые.
Вот и в этот раз отвлеклась на порхающую желтую бабочку, как он в мгновение ока оказался в воде.
С громким восторгом хохочет. Сколько раз я его вытаскивала из воды? Раз десять.
На детский бассейн, что стоит в нескольких метрах от пруда, Савелию и дела нет. Куда интереснее поплескаться в грязной и мутной воде. Дети удивляют своей нелогичностью.
— Сава! — ковыляю к пруду, придерживая раздутый живот, в котором ждут своей очереди еще две крошки, — пожалей маму.
Богдан сидит на ступеньке беседки и флегматично наблюдает за братом, который собирает в ладошки воду и выплескивает ее веером радужных брызг в сторону утки, которой очень повезло быть единственно выжившей после нападения дикой лисы.
Хвостатая мерзавка год назад ночью передушила четырех птиц в птичнике, а пятая отделалась шоком и вырванными перьями из правого крыла.
— Кыс-кыс-кыс, — Сава тянет руки к настороженной птице. — Иди сюда.
Если он спаслась от лисы, то точно не купится на подозрительное “кыс-кыс-кыс”, которое и кошку напугает. Голос у Савелия повелительный и низкий.
Уже сейчас можно сказать, что он будет пугать людей басом, когда вырастет.
— Савочка, сладкий, — вывожу его из пруда, — маму надо слушаться.
Но у нас в семье слушают папу, а маму любят. Стоит попросить Мирона, чтобы он провел воспитательную беседу, что в пруду купаться нельзя, а утки не откликаются на “кыс-кыс-кыс”. Задумываюсь над тем, а на что отзываются утки?
— У него штаны мокрые, — резюмирует Богдан и подпирает ладошками лицо.
