Рич прижал ладонь к груди в области сердца, притворяясь раненым.
– Ауч.
– Эй, если ты слышишь про плохие вибрации и сразу же предполагаешь, что речь о тебе, то похоже, у тебя проблемы, – отозвалась я.
– Справедливо, справедливо. Ну, по крайней мере, позволь мне проводить тебя туда.
Я уже намеревалась возразить, что до магазина всего сто футов, но если я буду слишком протестовать, то мы прекратим флирт и перейдем прямиком к отказу, а этого я очень не хотела. Рич мне нравился, и я стремилась узнать о нем больше.
Мне нужно было узнать о нем больше, чтобы доверять."
"Он проводил меня до двери магазина, и у нас вновь случился особенный момент: мы удерживали друг друга долгим, томительным взглядом, на котором словно висел груз ожиданий. Мне не терпелось схватить Рича за куртку и поцеловать, но не хватало уверенности, что я к этому готова. Я слегка вздохнула, и момент ускользнул.
– Я прекрасно провела сегодня время, – произнесла, вместо того чтобы поцеловать его. И это, по крайней мере в основном, было правдой.
– Я тоже. Еще увидимся?
– Тебе меня не избежать. Через пару недель ты должен заплатить мне за аренду.
Рич рассмеялся и направился обратно в сторону Мейн-стрит. Тем временем я перевела взгляд на «Новолуние», дабы убедиться, что они до сих пор работают, поскольку уже шесть часов. График на двери сообщал, что они открыты до семи, а это снимало с меня всякое чувство вины за то, что я собиралась зайти внутрь.
Может, я искала повод, чтобы не заходить.
Сердце бешено заколотилось, когда я отворила дверь, и, как и в «Кабинете графа», крохотный колокольчик над головой возвестил о моем приходе.
Интерьер магазина был тускло освещен, но это придавало помещению уют и домашнюю атмосферу. Аромат благовоний витал в воздухе, очень напоминая мне дом Юдоры, хотя и в меньшем пространстве, отчего казался более густым и насыщенным.
Маленький магазинчик от стены до стены заставляли витрины и тяжелые столы, на которых красовались различные товары.
Повсюду стояли небольшие чаши с кристаллами, их полированная красота была показана в самом выгодном свете на поверхностях, заправленных черными бархатными скатертями. В закрытых стеклянных витринах лежали большие кристаллы, гораздо крупнее других, отчего они эффектно сверкали под верхним светом. Мое внимание привлек гигантский аметист. В его красивой цветной внутренней части, в каждой неровной грани, словно бы содержалась сотня разных оттенков фиолетового.
