У Шаны стремительно мелькали воспоминания, словно кто-то быстро тыкал кнопку прокрутки слайдов. Они с сестрой еще маленькие, бегают друг за другом на пляже в Джерси. Шана пугает Несси дохлой медузой. Несси пугает Шану клешнями краба, найденного на берегу. Тот раз, когда Несси случайно наступила на большую свежую, теплую коровью лепешку. Другой раз, когда Шану обрызгал вонючей жидкостью скунс, и сестра помогала ей отмыться. День, когда ушла мать.
Бип, бип, бип.
Шана взглянула на часы. Уже приближался полдень.
Где папа? Полдень также означал, что скоро, возможно, появится новый лунатик. Толпа увеличится еще на одного человека. Еще одна капля дождя, питающая ручей.
Если, конечно, закономерность сохранится.
Закономерность существует? Какая? И чем она объясняется?"
"Полицейский Трэвис повернул голову так, как это делает спугнутое животное, – словно он внезапно насторожился. Однако тревога быстро перешла в раздражение, и Шана, проследив за его взглядом, поняла почему: потому что позади появился громоздкий жилой фургон, раскачивающийся из стороны в сторону.
Преградив дорогу фургону, полицейский замахал руками. Поскольку дорога была очень узкая, а идущих уже собралось много, полицейские перекрыли шоссе в нескольких милях позади и нескольких милях впереди, направляя машины в объезд вокруг озера Суит-Эрроу.
– Разворачивайтесь! – закричал полицейский. – Возвращайтесь на пару миль назад и сворачивайте на Солт-Бридж! А если вы едете сюда, вам придется подождать.
Фургон сбавил скорость, но посигналил несколько раз.
Звук у клаксона был отвратительный, похожий на настойчивое громкое блеяние. («Хорошо хоть, это не какая-нибудь дурацкая мелодия», – подумала Шана.) Полицейский Трэвис заткнул уши, спасаясь от раздражающего звука, – и люди из ЦКПЗ также обернулись. Полицейский снова начал было что-то кричать, но едва ползущий фургон заблеял опять.
Бе-е-е!
Бе-е-е-е-е-е!
И тут кое-что привлекло взгляд Шаны.
Водитель оживленно размахивал руками. Размахивал руками, глядя прямо на нее.
– П-папа? – выдавила девушка.
Тут опустилось стекло в двери, и, действительно, ее отец высунул голову в окно и окликнул ее по имени. Шана зарделась от подросткового смущения.
Но в то же время она ощутила прилив радости.
Фургон свернул с дороги и остановился. Шана забралась в кабину, и отец широко развел руки, словно демонстрируя породистую свинью на ярмарке в Гренджере.
– Ну, что скажешь? – торжествующим тоном спросил он.
