Сказать, что стало не по себе — ничего не сказать.
— Дерьмовый день, Мелкая. — Глухо пробормотал. — Слишком дерьмовый, чтобы быть настоящим.
Сейчас, как никогда прежде, Валерия ощутила собственную важность для этого мужчины. Он нуждался в ней. В ее поддержке. В ее внутренней энергии.
— Значит, мы переживем его, — произнесла уверенно, накрывая его ладони своими, — чтобы завтра стать сильнее!
— Так и будет!
Поставив, таким образом, точку в разговоре, отстранился. А затем, уверенной поступью направился в переднюю часть конференц-зала.
Несколько долгих секунд, и вот он уже возвышался на сцене, с абсолютно непроницаемым выражением лица.
За трибуной. Как великий оратор!
— Коллеги! — Привлек внимание громогласным возгласом. — Я собрал всех вас не для праздного любопытства, и уж точно не потому, что дьявольски соскучился! Попрошу прекратить лишние разговоры прямо сейчас, и сосредоточиться исключительно на мне.
Поставленной цели Герман добился, однозначно. Тишина воцарилась гробовая.
— Ни для кого не секрет, что мы принимаем участие в очень крупном тендере, по госзаказу. Победитель получит контракт от государства на строительство целого ряда жилых комплексов для малоимущих семей, и детей сирот. В течение шести месяцев мной лично, при неоценимой поддержке сотрудников нашего архитекторского бюро, был разработан уникальный проект, под названием «Времена года». Без преувеличения, моя гордость. Мое лучшее творение, в стиле современного…
Давыдов замолчал, а Лера непроизвольно вжалась в кресло.
Казалось, волны безграничной ярости, исходящей от него, способны расщепить людей на атомы. На скулах Германа непрестанно играли желваки. Под его руками, стискивающими края тумбы, жалобно поскрипывали деревянные полотна, из которых была изготовлена трибуна.
Вот-вот, и разлетится на щепки. Раскрошится.
— Перейду к сути, — температура в помещении упала на несколько градусов. — Сегодня я получил ответ от приемной комиссии. Господа, довожу до вашего сведения — нас сняли с тендера!
Что? — Взревела мысленно, отказываясь принимать жестокую истину.
— Что, черт возьми?!
Внутри все оборвалось, от подобной новости.
Господи! Этот тендер был так важен для него…
Зал буквально взорвался возмущенными шепотками. «Как?», «Почему?», «За что?» — раздавалось со всех сторон.
— Причина? — Особым спокойствием уже не отличался и Станислав Юрьевич. — В чем вся соль?
Герман отыскал взглядом отца.