— Из-за меня все! — Причитала хрипло. — Из-за меня.
— Не выдумывай.
— Если бы не отдалась тебе той ночью, не пришлось бы потом спать с ней, чтобы забыться. Был бы здоров.
— Мы не можем этого знать.
— Плевать! Я…я хочу быть твоей! Всегда.
— Не искушай меня. Не надо.
— Буду. Каждую секунду своей жизни, буду.
— Дьявол! — Ругнулся, перекладывая девушку на шелковые простыни. — Я же не железный, Лера. У меня нет сил, тебя отговаривать. А потому, мы поступим следующим образом. Сейчас я уеду в свой строящийся дом, и поживу там несколько дней.
В мое отсутствие, у тебя появится время, все хорошенько обдумать. Взвесить. Спокойно, и без моего давления. И если, в конечном итоге, ты будешь желать все того же…приедешь ко мне сама.
Глава 44
Герман уехал, как и обещал. Оставил одну, дав возможность хорошенько подумать. Взвесив «за» и «против», принять взрослое самостоятельное решение. Только, как его принять, когда от чувства вины сердце щемит. И это не просто слова! Каждый глубокий вздох отзывался тянущим спазмом за грудиной.
"
"Поначалу, когда дверь за ним захлопнулась, ее обуял первобытный ужас. Некая паника, не поддающаяся контролю, сдавливала подобно многотонному гранитному булыжнику. Как букашку, прижимала к земле. Голова шла кругом. Казалось, вот-вот разорвется в клочья черепная коробка, от того, как быстро мысли сменяли друг друга. И одна из них являлась доминантной.
Как? Вот как объяснить отцу, что родных внуков у него никогда не будет?
Девушка живо представила их беседу. В красках.
— Папа, а любящий мужчина способен принять чужого ребенка?
— Это редкость, Лера. Большая редкость. Я любил твою мать, но чужого ребенка…нет. Даже я не смог бы, вероятнее всего.
— Цинично!
— Честно!
Вот так, проведя несколько часов в борьбе со своей агонией, поняла, что безмерно благодарна Герману за уединение. За призрачный шанс — иллюзию выбора. Выбора, который сделала еще десять лет назад. И который подтвердила вновь. Сейчас. Да, всегда, черт подери! Она выбирала этого мужчину всегда.
Ее внутренняя бунтарка надрывала глотку, вопя во всю мощь голоса, что в мире существуют тысячи бездетных пар. Тысячи! Если такова судьба, пусть их станет на одну больше!
От подобной мысли как-то полегчало. Попустило. Впрочем, возможно то был временный эффект от капелек Маргариты Алексеевны, которые она почти силком заставила выпить, найдя Леру рыдающей прямо на кровати. Сразу же после отъезда Давыдова. Оно и к лучшему, ведь лекарство сделало свое дело.