Или я ошибаюсь?
— Да есть такие.
— Ты можешь мне твёрдо сказать, что Бронислав и его кмети не из таких?
— Да. Никто за Бронислава такого позора не знает.
— Всё течет и все меняется. Поэтому, выполняй то, что я тебе сказал. Если они честные мужи, значит, ничего не будет, а если нет… — Мизгирь кивнул мне и пошел исполнять.
Напротив ворот стояли конные сотни Бронислава. Я вышел из ворот.
— Кто из вас Бронислав? — Задал я вопрос, хотя точно знал кто. Мне его Боян показал. Да и так было понятно. Он сидел на коне самым первым в красном плаще или как здесь это называли корзно.
Примерно моего возраста, даже чуть младше. Русая борода, аккуратно подстриженная. Богатый доспех. На поясе меч в богато инструктированных ножнах.
— А разве не видно? — Ответил он. — Или в Златограде меня уже забыли?
— Может и не забыли, только я тебя не знаю.
— А ты кто такой? И где сама светлая княжна Мстислава? Я явился по её зову.
— Княжна у себя в светлице. То есть там, где и положено быть добропорядочной девушке. А я Ярослав! Я отвечаю за оборону города.
На это меня призвала княжна. Поэтому, свою дружину оставишь здесь, пусть разбивают лагерь в посаде или вон в поле. Сам можешь зайти с сотней, не более.
— Какой-то не ласковый приём. Сама позвала, а даже выйти, встретить меня не пожелала. Может мне развернуться и вообще уйти?
— Рискни, уйди. Тогда это будет расценено как предательство и мятеж. Что задёргался, Бронислав? Будто красна девица. — Глаза Бронислава сузились. Что, думал тут к тебе с распростёртыми объятиями прибегут, задравши подол? Обломись.
Среди дружинников Бронислава пошел возмущённый гул. Я покрепче сжал рукоять карабина. Усмехнулся, глядя ему в глаза. — Зайдёшь в город так, как я сказал. А княжна встретит тебя на крыльце своего терема. Что-то не устраивает?
Он поднял руку, призывая этим жестом к спокойствию.
— Ладно. — Потом развернулся в пол оборота. — Ждан, располагайтесь в посаде, со мной пойдёт сотня Добрыни.
Я развернулся и зашел за ворота. Отошёл чуть в сторону.
Через ворота въехал Бронислав. Я специально посчитал, сколько с ним будет. Попыталось зайти сто двадцать конников.
— Стоять! — крикнул я и поднял карабин, нацеливая его на первого из той двадцатки, которая должна была повернуть назад. Наши дружинники стояли растерянно. На пути Бронислава встали два десятка вооруженных нурман. — Вы, — указал на всадника напротив меня, — поворачивайте назад ко всем остальным.
— Это почему? — Ко мне двигался на коне Бронислав.
