Аккуратно отведя мою ладошку от лица, мой суженый оглядел меня ещё разочек, а я… я потянулась к нему всем свои естеством, нет не поцеловать, а потрогать — так ли тверды его мышцы, так ли мягки губы и гладки щеки. Перехватив мои руки, мой ладно, подхватил меня на руки и понес в терем, а позади раздавался свист и весёлый смех. Не зная, куда деть смущённый взгляд, думала, как же быть дальше, как же так? Ярослав, мой храбрый войн, своими поступками ломает наши традиции, уже какой раз мой суженый позволяет себе слишком многое.
Излеченные им коленки и задранное мной платье, слишком близкое нахождение при помывке и его объятья, а теперь вот танец, выбивающий дыхание заставляющий летать, смотрю на своего любимого как на божество. А теперь он вообще несёт меня на руках! Божечки, как же это волнительно до мурашек по коже и пылающих щек, до жара в груди и стремления касаться. Занеся меня в светлицу, мой суженный, уложил на кровать, собираясь уходить. Схватила его за руку, прося остаться. Сев на краю кровати и смотря куда-то мимо меня, сжимал кулаки, а я, я просто любовалась.
Решаясь на давно мучавший меня вопрос:
— Ярослав, ладно мой. — Слова получились тихими, но он услышал, повернувшись и смотря на меня изогнул вопросительно бровь, я же продолжила говорить, крепко держа его за руку. — То, что ты сегодня сказал правда? Ты действительно должен стать мужем Фрейи?
Ожидая от него ответа, затаила дыхание, боясь услышать правду.
— Маленькая моя, ну что ты… кто такая Фрейя по сравнению с тобой? Ну чего ты? Неужели испугалась, что меня могут забрать и принудить жениться на ней, а Мстиславушка? Неужели боишься за меня?
Не зная, куда прятать пылающие щеки, тихо на грани слышимости прошептала.
— Чуть-чуть….
Улыбнувшись, мой ладо подался ко мне вперёд и поцеловал в лобик, а после, пожалев спокойной ночи, ушел.
Засыпая с улыбкой на лице, чувствовала себя самой счастливой, что бы рано по утру встать, с новыми силами и идти отдавать распоряжения.
Мне пришла замечательная идея, думаю, наши гости будут довольны. Переплетая наспех косу и умывшись, облачилась в простые штаны и рубашку, а сверху накинула меховую жилетку. Спускаясь в низ, не стала будить суженого, сразу же пошла к Бояну.
В раннее утро, когда ещё солнце не показалось из зенита, и петухи молчат, все спали, лишь Боян, да караульные бдели. Подойдя к старому учителю, поздоровалась и не став тянуть, изложила всю суть требуемого от его людей.
