Он стоял в ступоре некоторое время, потом ответил:
— Боязно!
— Чего тебе боязно?
— Так ты же колдун. Дашь мне каши, я и превращусь в лягуху!
Я даже поперхнулся! Не слабо! Меня тут что, за Хотаббыча держут?
— Не, каши не дам. У меня её нет. Есть суп с мясом. И от него в лягуху не превращаются. Отвечаю!
— Всё равно боязно!
— Ну, как хочешь. Я думал ты смелый парень, подрастешь воином будешь. А ты просто девчонка!
— Я не трус и не девчонка! — даже подпрыгнул на месте. Классно я его на слабо взял? Разговор идёт в правильном ключе.
— Ну раз не девчонка, тогда подходи. — Достал из машины вторую миску и ложку. Ложка была деревянная. Расписная! А что такое? В лесу, в походных условиях, металлические ложки не катят. Во-первых, они становятся горячими как суп, который ты хлебаешь из котелка. Во-вторых, кушать такими ложками из того же котелка неудобно. В-третьих, деревянной ложкой просто больше за один раз зачерпываешь.
Налил суп в миску. Себе тоже добавил. Рядом с миской положил ложку и ломоть черного, ржаного хлеба.
И продолжил с аппетитом и наслаждение уплетать своё варево. Пацан постоял, посмотрел, сглотнул и подошёл к столику. Сел на стульчик, который я заранее поставил. Вдохнул запах супа, опять сглотнул. Покосился на машину.
— Дядька, а твой зверь меня не съест?
— Нет. Он детьми не питается! Так что бери ложку и наворачивай за обе щеки!
Пацан с восхищением посмотрел на ложку.
— Какая баская! Я таких не видел.
— Нравиться?
— Да!
— Дарю!
— Как это? — мальчишка смотрел на меня потрясенно.
— Да вот так. Поешь и можешь забрать себе.
— Такая ложка дорого стоит. Вон какая расписная!
— Ты не на ложку смотри, а суп хлебай!
А что мне эту ложку не подарить? Не моя она всё равно, а Димкина. Но ведь ему она навряд ли понадобиться! Пацан умял и хлеб и суп. Вылизал миску, ложку. Был доволен. Я бы ему ещё налил, но суп кончился. Зато попили с ним чай с печеньем.
— Ты сам-то кто? — спросил его.
— Вторуша! — Я завис. Это что имя?
— Не понял?
— Вторуша, зовут меня так. Я второй у мамки с тятей народился.
А старший брат — Первак. Есть еще сестренка младшая — Белянка. Папка прошлым летом сгинул. Хузары его убили. Он кметем был. Вот нас и оставили на княжьем подворье. Первак в новиках уже ходит. А я ещё в детских.
— Тяжело без тятьки то?
— Да, но княже не бросает семьи воев своих погибших. Только вот сейчас не знаю, что будет.
— А что будет?
— Так батюшку-князя то убили, проклятые поляне с хузарами. Кто теперь князем будет?
— А что не кому?
— Нет.
